За всю историю Плоского мира большинство великих жрецов были серьезными, набожными и в высшей степени совестливыми людьми, которые прилагали все усилия, чтобы как можно лучше истолковать волю богов, даже если для этого приходилось заживо содрать шкуры с сотни-другой людей.

А если уж говорить о потомстве, он предпочел бы шестьсот тон известняка. Так оно спокойнее.

Звезды усеяли беспросветную тьму – словно Создатель, разбив ветровое стекло своего автомобиля, не позаботился остановиться и убрать осколки.

Похоже, мертвый для них все равно что глухой, с которым просто нужно говорить немного погромче.

На протяжении долгих лет он с большой неохотой занимался политикой и всегда считал, что, возможно, убийство в чем-то хуже парламентских дебатов, но наверняка лучше войны. Хотя некоторые склонны были думать, что это одно и то же с той лишь разницей, что война несколько более шумное дело.

Ни один уважающий себя убийца ни за что на свете не воспользуется лифтом.

Теперь Теппик отчетливо видел, что все дело в сочетании цифр, в особом их порядке. То, что прежде казалось волшебством, есть лишь способ описания действительности. Главное, описать все так, чтобы никто не смог от тебя отмахнуться.

— Но... я нарушил порядок рун, — прохныкал Артур. — И теперь уже ничего не исправишь! А значит, ночью придет Великий Ервь и намотает мои внутренности на свой жезл!

— Правда?

— И вырвет мои глаза. Так мама говорит!

— Черт возьми! — восхищенно воскликнул Теппик. — Правда?

Он страшно обрадовался, что кровать Артура стоит напротив и ему предстоит стать свидетелем столь неслыханного зрелища.

Безденежье — безошибочный признак царственной особы.

— В таком случае ты мало чем от них отличаешься, — заявил 2-а. — Что до безденежья, то мы действительно царственные особы!

- Если там не опасно, я свистну.
- А если опасно?
- Заору.

То ли это волшебство, то ли геометрия - одно из двух.

В этой стране завтра - подогретое к обеду вчера.

Здесь человек никогда ничему не научиться. Здесь умеют только чтить память.

... богов Плоского мира всегда восхищала человеческая способность говорить самые неподходящие вещи в самый неподходящий момент.

He'd wanted changes. It was just that he'd wanted things to stay the same, as well.

'You were being persecuted,' said Teppic. 'That's why you fled into the desert.'
'Oh, yes. You're right. Damn right. I was being persecuted for my beliefs.'
'That's terrible,' said Teppic.
Khuft spat. 'Damn right. I believed people wouldn't notice I'd sold them camels with plaster teeth until I was well out of town.'

It is noe known

Never trust a species that grins all the time. It's up to something.

Belief is a force. It's a weak force, by comparison with gravity; when it comes to moving mountains, gravity wins every time.

'I think I ought to go back to my cell, ' said Ptraci, without actually making any move in that direction. 'It's wrong even to think of disobeying the king. '
'Oh? What happens to you, then? '
'Something bad, ' she said vaugely.
'You mean, worse than being thrown to the crocodiles or having your soul taken by Soul Eater?' said Teppic, and caught the grapnel firmly on some hidden ledge on the flat roof.