Dandelion Wine

Первое, что ты узнаешь в жизни, - это что ты дурак. Последнее, что узнаешь, - это что ты все тот же дурак.

Куст сирени лучше орхидей. И одуванчики тоже, и чертополох. А почему? Да потому, что они хоть ненадолго отвлекают человека, уводят его от людей и города, заставляют попотеть и возвращают с небес на землю. И уж когда ты весь тут и никто тебе не мешает, хоть ненадолго остаешься наедине с самим собой и начинаешь думать - один, без посторонней помощи.

The shocks of life, he thought, biking along, what were they? Getting born, growing up, growing old, dying. Not much to do about the first. But - the other three?

Здесь, в мире людей, моно отдать время, деньги, молитву - и ничего не получить взамен.

Мне нравится плакать. Как поплачешь хорошенько, сразу кается, будто опять утро и начинается новый день.

Только мне вовсе не хочется, чтобы было по-другому. Ведь будь оно по-другому, нам с тобой и говорить бы не о чем. И потом, мне нравится плакать. Как поплачешь хорошенько, сразу кается, будто опять утро и начинается новый день.

- Дальние путешествия? Ты это сам придумал?

• Моет, да, а может, и нет.
• Дальние путешествия. - прошептал Том.
• Одно я точно знаю, - сказал Дуглас, закрывая глаза. - От этого почему-то тоска берет, как-то одиноко становится.

Когда живешь все время рядом с людьми, они не меняются ни на йоту. Вы изумляетесь происшедшими в них переменам, только если расстались надолго, на годы.

Дуглас шел сквозь этот день и думал, что так будет вечно. Все вокруг такое отчетливое и законченное.

...он затем и ходит по земле, чтобы видеть и ощущать мир...

Как по-твоему, все люди знают, что они живы?

Никто никогда не выигрывает. В войне вообще не выигрывают, Чарли. Все только и делают, что проигрывают, и кто проигрывает последним, просит мира.

За все эти годы ни одно кушанье никогда не походило на другое. Откуда взялось, например, вот это блюдо? Не из зеленых ли морских глубин? А это, быть может, пуля достала в синеве летнего неба? Плавало оно или летало по воздуху, текла в его жилах кровь или хлорофилл, бродило оно по земле или тянулось к солнцу, не сходя с места? Никто этого не знал. Никто и не спрашивал. Никого это не интересовало.

Он закрыл глаза, чтобы ничто не отвлекало, и глубоко втянул носом воздух. Его обдавало то жаром адского пламени, то внезапной метелью сахарной пудры; в этом удивительном климате царила бабушка, и взгляд ее глаз был загадочен, словно все сокровища Индии, а в корсаже прятались две крепкие, теплые курицы. Тысячерукая, точно индийская богиня, она что-то встряхивала, взбивала, смешивала, поливала жиром, разбивала, крошила, нарезала, чистила, завертывала, солила и помешивала.

Темнота окутала его лицо и все тело, темнота хлынула внутрь.

Любовь — это когда хочешь переживать с кем-то все четыре времени года. Когда хочешь бежать с кем-то от весенней грозы под усыпанную цветами сирень, а летом собирать ягоды
и купаться в реке. Осенью вместе варить варенье и заклеивать окна
от холода. Зимой — помогать пережить насморк и долгие вечера…

Мы потому и любит закат, что он бывает только один раз в день. Нет, если бы он длился вечно и до смерти надоел бы нам, вот это бы было действительно грустно.

«Хлеб с ветчиной в лесу — не то что дома»