Убик. Три стигмата Палмера Элдрича. Порвалась дней связующая нить

Мой мозг был захвачен чьим-то трансцендентально-рациональным разумом, как если бы я всю свою жизнь был безумен, и вдруг, внезапно, излечился и стал нормальным человеком.

Его нос, подумал Джо, похож на грушу от клаксона — как у тех такси, что ездят по Нью-Дели: такой же мягкий и такой же шумный. Самый шумный нос, какой мне когда-нибудь встречался.

Было бы здорово включить ее в коллекцию…В какую коллекцию?! Я ведь не коллекционирую монеты. Что я тут делаю? И сколько времени я тут болтаюсь, когда должен быть в своем кабинете… у меня есть кабинет?

На лице его возникла гримаса дикой ненависти, придавшая ему сходство с сумасшедшей белкой.

— Это «Убик»… защищает меня… ты ничего не можешь мне сделать… —

— Пять центов, пожалуйста, — сказала дверь. Она не изменилась — единственная из всего, что было здесь. Видимо, врожденное упрямство помогало ей не поддаться регрессу.

Я работаю намного лучше, если употребляю психоделические препараты. Тогда я вижу своего противника, и это помогает сосредоточиться.

Серьезная пси-операция – как мозаика, ни они, ни мы не можем позволить себе поспешности.

Нереальное тело пьёт нереальную воду, подумал он. На глазах нереальной сотрудницы.

Антипси-талант – не что иное, как естественное восстановление экологического равновесия. Когда одно насекомое научилось летать, другое, чтобы не летать самому, научилось плести паутину. Моллюски обзавелись твердым панцирем, а птицы наловчились поднимать их высоко над землей и бросать на камни.