Новогодние великомученики

На улицах картина ада в золотой раме. Если бы не праздничное выражение на лицах дворников и городовых, то можно было бы подумать, что к столице подступает неприятель.

.... И в этот абсурдный предпраздничный ад погружает нас Чехов своим остроумным и актуальным рассказом!

Антон Павлович знакомит нас с "несчастным" представителем чиновников,  которому "пришлось" объесться и упиться до полуобморочного состояния во время нанесения праздничных визитов начальникам и важным знакомым.

- Ошалел-с...Я... я визиты делал....

Ну а как же, праздники же, нужно ведь всех посетить ...  А у Хрымова "Предлагают выпить для праздника...А как не выпить? Обидишь коли не выпьешь...Ну, выпил рюмки три... колбасой закусил", у Пелагеи Емельяновны  "кофеем попотчевали. От кофею распарился, оно, должно быть, в голову и  ударило". Облеухов с пирогами пристал... "Съел кусок пирога, выпил рябиновой".  У Изюмова "холодного пива выпил... в горло ударило"

Ну-с , и везде хорошо себя чувствовал...

Потом у купца Дунькина "коньяк пил и сосиску с капустой ел".

Только уж потом, когда от Рыжова выходил, почувствовал в голове... мерцание... Ослабел... Не знаю, отчего....

В своей характерной манере с юмором и сочувствием  Чехов показывает нам "маршрут страданий" бедолаги , который вместо праздничного настроения  получил алкогольное и пищевое отравление. 

Эта миниатюра прекрасно показывает всю бессмысленность и принудительность чиновничей жизни, доведенную до абсурдного максимализма. 

Ну а что же будет если перенести этот маршрут в  современность?  Припоминаются обязательные корпоративы, гонка подарков, бесконечные массовые рассылки, безумные застолья и культ изысканной еды и алкогольных напитков!

Рассказ напоминает, что за всеми этими социальными условностями и привычками, растянувшимися на целые праздничные  недели, важно не потерять сам праздник и  возможность искреннего общения и простых радостей "без коньяка и сосисок". 

Спасибо Антону Павловичу -  юмористу, психологу и философу ( Чехов 3D получается )) ) - , что в очередной раз вызвал улыбку и заставил задуматься о некоторых важных вещах.  Дедушка Мороз, сделай так, чтобы рассказы Антона Павловича Чехова никогда не закончились! )))

— Еще пятерых чиновников привезли! — докладывает городовой. — Куда прикажете положить?

                                                                         Эпилог.

На фоне всего этого изобилия, описанного в рассказе , мне вспоминалось кое-что резко с ним контрастирующее. В книге «Последний кот в сапогах" есть эпизод, где девочка в Блокадном Ленинграде накрывает маме  стол из нарисованной еды, чтобы создать праздник....

Хочется пожелать всем спокойных и душевных праздничных дней, проведенных с дорогими сердцу людьми ❆

Чехов описывает новогодний поздравительный хаос своего времени, когда всем чиновникам предписывалось в обязательном порядке поздравлять вышестоящее начальство с праздником, а к тому же надо было поздравить всех родственников, знакомых и т.д. и т.п. Представляете, какое обилие было шныряющих туда-сюда саней и карет. Чехов сравнивает это с наступлением неприятеля на столицу. «На тротуарах, высунув языки и тараща глаза, бегут визитеры... Бегут они с таким азартом, что ухвати жена Пантефрия какого-нибудь бегущего коллежского регистратора за фалду, то у нее в руках осталась бы не одна только фалда, но весь чиновничий бок с печенками и с селезенками...» Вот один из таких визитёров лежит без сознания, окружённый толпой, а городовой, по штанам и открывшемуся на груди ордену видящий, что господин из благородных, организует отправку его в приёмный покой. Там полицейский врач, выясняя, что болит у пострадавшего, получает в ответ от него бесконечную речь о сделанных им визитах. Все эти посещения роднит только одно – зашёл, поздравил-расписался, выпил (или съел что-нибудь), отправился к следующим – и так по непрерывному кругу. Пока больной перечисляет свои подвиги (кстати, ради интереса, я насчитал 19(!) визитов за этот день), в приёмный покой доставляют ещё несколько пострадавших. Всё – визитёры, выбившиеся из сил. Когда доктор предлагает переутомившемуся чиновнику пойти домой, отдохнуть, он вскидывается идти дальше, так как нельзя ещё несколько человек обидеть - «Как можно с Новым годом не поздравить? Нужно-с... Не сходи к Наталье Егоровне, так жить не захочешь...» В наше время нечто подобное происходит, когда перед празднованием Нового Года народ резко бросается успеть всё сделать ещё в этом году и подготовиться к встрече НГ. Жуткие пробки, толчея повсюду, бешено спешащая толпа людей, как перед концом света! Фраза – «…У Изюмова холодного пива выпил... в горло ударило... От Изюмова к Кошкину, потом к Карлу Карлычу... оттеда к дяде Петру Семенычу... Племянница Настя шоколатом попоила... Потом к Ляпкину зашел... Нет, вру, не к Ляпкину, а к Дарье Никодимовне... От нее уж к Ляпкину пошел... Ну-с, и везде хорошо себя чувствовал... Потом у Иванова, Курдюкова и Шиллера был, у полковника Порошкова был, и там себя хорошо чувствовал... У купца Дунькина был... Пристал ко мне, чтоб я коньяк пил и сосиску с капустой ел... Выпил я рюмки три... пару сосисок съел - и тоже ничего... Только уж потом, когда от Рыжова выходил, почувствовал в голове... мерцание... Ослабел... Не знаю, отчего...» Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 333

Мне этот рассказ магическим образом поднимал настроение дня три, хотя читать его ну максимум минут десять.

Чиновники, переползающие с визитами от одного дома к другому, упивающиеся и объедающиеся до потери сознания на фоне новогодней суеты города — это прекрасно и все еще актуально. Даже если наносят визиты не чиновники (я вот к бабушке приехала на праздники и ощущаю иногда себя на этих самых визитах).

А живой шумящий город и суета рассказа вполне отражает все очереди, пробки и суету современных праздников, в которые нет ничего страшнее, чем осознать 31 декабря, что забыл купить майонез — ведь из этой битвы в магазине можно и не выйти.