Назло

Вы можете закидать меня тапками, но единственное, что мне не понравилось в сборнике, так это "Джентельмены удачи". Сам сюжет не интересен, очень скучен, а порой засыпать под него захотелось. Перевоплощение директора детского сада в авторитетного бандита показалось мне неестественным и слишком быстрым. Это каким хорошим актерским талантом надо обладать, чтобы из скромного преподавателя стать похожим на вора. И главное, ничего не бояться) Да, великое произведение по которому сняли фильм, не впечатлил и не вдохновил меня. Ни воры, ни их путешествия, ни дача. Ничего.

Сначала пройдемся по киносценариям, раз уж начала с "Джентельменов удачи". Следующее произведение называется "Вместо меня". Сюжет интересный, закрученный. В нем есть немного театра, немного путешествия, немного наркотиков, а также хэппи энд. Главный герой Дима - неудачник по жизни. Он пишет пьесы, но проблема в том, что их реализовать на сцене он никак не может. Чтобы заработать денег, мужчина устраивается работать к пожилому человеку и как джинн выполнять все его желания, прихоти. Денег у старичка много, поэтому авантюра заманчива. Что касается наркотиков и мафии, то они есть, даже сыграют свою значимую роль в этой заварушке, поэтому скучать не придется. Если сравнивать с "Джентельменами удачи", то у автора этот киносценарий вышел намного интереснее и захватывающе, так что стоит с ним ознакомиться.

"Шла собака по роялю" - тоже киносценарий, но в нем романтический и музыкальный уклон. Главная героиня - девушка Таня. Она работает почтальоном, хорошо поет песни. Тане придется столкнуться с нелегким выбором между двумя молодыми людьми. Кого же она выберет?

Пьеса "Ну и пусть" романтична на свой лад. В ней есть и любовь, и дружба, и семья. Главной героине Лариске придется сделать важный шаг в своей жизни. И она его сделает. А музыка только дополняет фон пьесе, сделает ее музыкальней и драматичней.

Рассказы "Немножко о кино", "Мой мастер", "Один из нас" повествуют нам о студенческой жизни Виктории Токаревой, ее взаимоотношениях с преподавателем Катериной Градской. Мы узнаем как Виктория писала свои произведения, как она ходила по издательствам журналов, чтобы ее напечатали и что из всего этого вышло.

И еще два рассказа "Розовые розы", "Уик-энд" рассказывают о жизни простых женщин, которые любили, верили, давали волю воспоминаниям и чувствам. В "Розовых розах" женщине по имени Лилек курьер принес розовые розы в честь ее дня рождения. Получив цветы, Лилек начинает думать, кто же ей отправил цветы? Затем она отправляется в свои воспоминания, в которых она любила, надеялась и так ждала... Сильный рассказ, мне он очень понравился... В "Уик-энде" две женщины отдыхают на загородной даче и у каждой найдется время, чтобы опуститься в мысли, воспоминания и пережить то, что они пережили до этого дня.

Действие рассказов, киносценариев и пьесы происходят в в 20 веке. Этот сборник создан, я так думаю, для того, чтобы женщины разрешили себе маленько помечтать, проанализировать свои мысли, может быть на страницах книги они найдут себя в каких-нибудь поступках и т.д. Либо эти воспоминания Виктория запечатлела из своей жизни, хотя наверно, это так и есть.

Все произведения написаны по-простому, слог легкий, читается хорошо. Мне понравился сборник.

Оказывается эта повесть дважды экранизирована. Актёры такие хорошие снимались, талантливые, известные. "Между небом и землей". В гл. ролях: Андрей Миронов, М. Е. Коренева, Т. Пельтцер.
"Шляпа". В гл. ролях: Олег Янковский, Л. Савельева, С. Фарада.
Пыталась представить, как можно на экране передать прозу Токаревой. Да, она сценарист, и фильмы её все знают, но разве изобразишь без слов вот это: "Я лежал с открытыми глазами под опущенными веками"? Или: "А когда я жду, я уже больше ничего не могу делать"?
В обзорах главный герой представлен чуть по-разному. Миронов играет "эгоистичного и самолюбивого, безразличного к бывшей жене и сыну, к любящей его женщине человека, который пренебрежительно относится к коллегам и родным". В изображении Янковский Климов "человек безусловно одаренный, с неудобным характером, живущий эмоциями, его мало заботит судьба любящих его людей".
Мне главный герой увиделся совсем другим. Да, он уезжает, не оставляя координат, но не потому, что не желает общения. Климов признаётся читателям, что в таком случае его жизнь превратится в ожидание: ходить на почту или приставать к квартирной хозяйке с вопросами об открытках. А когда он ждёт, то больше ничего не может делать. Неудобный характер, согласна, но, в первую очередь, для самого Климова. Когда он говорит, что замужество Мики заслонило его собственную смерть, разве это не чувства? не любовь?

Мне нравится, как пишет Виктория Токарева. Она выхватывает самую суть человека. Даже если этот человек ничего из себя не представляет и весь вид имеет незначительный.

Но когда он раскрывается - это такой контраст!
С главным героем сложно определиться парой сравнений, он "уставший, без мальчишеской романтики и без взрослых обязательств", "честный, неустроенный, инфантильный…". Настоящее в человеке не то, что он говорит и даже делает, а то, что живёт внутри. Не каждый может это "что-то" высказать, выплеснуть...

Мне попалась эта повесть в озвучке, я с удивлением узнала, что она была опубликована в «Новом мире» в 1988 году, именовалась рассказом. Что же вызвало мое удивление? Во-первых, у Виктории Токаревой штамп нишевого автора женской прозы. Какой тут «Новый мир»? Простой язык, простые жизненные ситуации, простая мораль, незамысловатый сюжет. Во-вторых, какой же то рассказ? Объем, сюжет, проблемы не для рассказа, да и принцип «здесь и сейчас» нарушен.
Сюжет такой: журналистка Вероника за тридцать, занятая карьерой, командировками, имеет мужа и дочь. Муж сидит, уткнувшись в книжку носом, дочерью занимается нянька. И вот посреди расцвета молодости и профессионального роста Вероники, у ее Нюты находят вульгарный пиелонефрит. И начинается больничная и семейная круговерть, в которой плохо всем. Но больше всего страдает Вероника, ведь за три года впервые она вынуждена стать матерью в самом прямом смысле слова: бегать по врачам и чиновникам, успокаивать орущую Нюту, дарить подарки, заглядывать в глаза, унижаться, рыдать, брать себя в руки, искать виноватых. На фоне безмятежного мужа и сельской дурочки-няньки. И вот на горизонте появляется светило педиатрии Юрий. И открывается второй пласт истории: они могли бы быть счастливы, если бы не пелена вранья, идиотские ситуации, в которые попеременно попадала то Вероника, то Юрий, тяготы скучных и ненужных браков. Книга заканчивается для Нюты хорошо, а, значит, хорошо и для Вероники. Восстанавливается статус-кво, но автор нам показывает: счастье давно ушло из жизни Юрия и Вероники, и они не дали шанс ему появиться вновь.
Итог: мне понравилось, я отдохнула за этой книгой, и могу сказать, что она попала в резонанс с моей душой. Что-то подобное испытывала я, когда в раннем детстве мой сын подхватил обструктивный бронхит: вину, негодование «почему я?», желание решить проблему немедленно любой ценой, страх потерять ребенка. В общем, мужчина так не напишет: нет у них такой функции быть матерью. Поэтому книга меня зацепила, хотя на самом деле она не об этом. Второй слой, более глубинный, меня не коснулся)) Никогда не искала решения проблем через постель))) Хотя я признаю, что этот способ не менее эффективный, чем другие. Кстати, героиня Виктории Токаревой не опустилась до измены. Весь прекрасный роман протекал в ее голове, и в голове Юрия, кстати. И этот светила педиатрии сделал определенные выводы для себя. Потеплел, стал более человечным. Надолго ли? Очень уж проф. Деформация у врачей развита.

Писать просто — это не значит писать плохо.
Писать о простых проблемах — это не значит затрагивать темы "ни о чем".
Я очень люблю Викторию Токареву именно за человечность. За то, насколько затрагивают душу её такие простые и порой совершенно незамысловатые истории.

Есть такая интеллигентная семья:
Вероника — журналистка, яркая, харизматичная, строящая свою карьеру.
Алексей — спокойный, флегматичный, предпочитающий чтение всему остальному.
А у них растет дочка Аня, брошенная на няню.
И всё было бы ничего, только вот девочке ставят тяжелый диагноз.
И появляется ещё один Главный персонаж — доктор Егоров.
Честно говоря, все какие-то "Квазимоды" (кроме ребёнка, естественно, хотя и эту девчушку ангелочком назвать сложно). Но вот затронуло. И надежду на лучшее оставило.

XX век – век свободы слова не только в СМИ, но и в книгах, качество которых существенно изменилось. Теперь, в веке XXI, все еще хуже. Временами можно наткнуться на такое, что мама не горюй. Зато есть конкуренция. И именно из-за нее книги некогда популярнейших российских писательниц Токаревой и Щербаковой отошли куда-то на второй, а то и на третий план. Не актуально, скучновато, а местами чересчур дерзко, как подумаешь о возрасте написавшего. И все-таки мы их читаем. Потому что Токарева и Щербакова летописцы тех времен, которые я и мои ровесники уже почти не застали. Подцензурные летописцы, но летописцы.

Виктории Токаревой в таланте не откажешь. Она из тех литературно одаренных личностей, чьи работы если не читал, то видел каждый. Как раз фильмы по ее сценариям стали таки классикой, чего не скажешь о малой прозе, в которой предпочитает творить автор. Она просто устарела, стала мало кому интересной. И сколько раз я испытывала одно и то же чувство с ее книгами: беру в руки, читаю первую строчку – и меня уносит поток красивых, очень русских, но резковатых фраз, дерзкая манера описывать события, да и сами события тоже. Но через какое-то, весьма непродолжительное, к сожалению, время как будто дурман перестает действовать, возвращаешься рывком в реальность и задаешься вопросом «зачем?». Зачем я это сейчас читала? Не люблю семидесятые-восьмидесятые-девяностые годы вообще, и в нашей стране в частности особенно не люблю. Мне не близки те бабы (о, как я ненавижу это слово, но по-другому и не скажешь!), за судьбами которых предлагает следить Токарева. Да и слог, будем откровенны, не настолько прекрасен, чтобы читать исключительно ради него. И сколько пошлой сексуальности! Я не ханжа, меня не коробят у многих авторов все самые неприятные описания любых естественных процессов, я не впечатлительна до крайности, но именно в прозе Токаревой и Щербаковой мне не просто «режет глаз», мне его вырывает со всеми нервами, и я слепну на несколько дней, оглушенная болью и омерзением. Может, потому что в России секса не было. Но скорее всего от своих, родных и домашних, Токаревой-Щербаковой читать какие-либо интимные подробности все равно, как если бы мне их рассказывала из собственной жизни кровная бабушка. Противоестественно как-то и все тут. А еще не люблю про изнанку театра-кино-телевидения. Даже не рассказы про баб, а из жизни самой Токаревой. Возможно, автобиографичные на сколько там процентов. Но неинтересно это! (Здесь и Рубину можно вспомнить со сборником «Больно только когда смеюсь»). Надо быть совсем сумасшедшим поклонником, чтобы читать такое и умиляться или восхищаться. В те годы понятно, выбора то у советских женщин не было, а сейчас – увольте. Трата времени. Это, конечно, стопроцентное ИМХО. Однако so many books, so little time.

Виктория Самойловна Токарева культовая писательница своего времени. Но из тех, которые никогда не войдут в классику, несмотря на популярность у современников. Их место где-то между великим, средними и плохими. И это тоже признание. Не каждый заслуживает даже такого. А мы, читательницы, все равно иногда между другими книгами будем поддаваться настроению, да и уноситься с прозой Токаревой в уже неблизкие восьмидесятые и девяностые годы прошлого века, чтобы, внезапно вынырнув в действительность, задать тот самый сакральный вопрос: «Что это было?».

Повесть «Ехал грека» затронула меня до глубины души. Написано уютно и просто, будто я сама находилась рядом с главным героем на протяжении истории. Все искренно, своевременно и пронзительно переживается здесь: слова замирают в музыке и далеких голосах, застывших картинах юга и полутьме комнаты, стираются ощущения налаженности, насыщая душу отчаянной нежностью и полной разбитостью. Легкими штрихами в повести дается точное описание главного героя, его чувств и его видения мира. Это не заставляет выдумывать что-то о герое, а просто принимать его, как есть – такого похожего чем-то на всех людей и неидеального. Однако за его поступками и сменой положения мне было очень интересно наблюдать.

Вроде бы довольно простая история о том, что имея все (если не лучшее, то хорошее и стабильное) в жизни, человек теряет все после того, когда все считают его умершим в катастрофе и исчезнувшим с радаров их жизненных путей, а он оказывается живым. И когда ты сремишься всем рассказать об этой чудесной новости, оказывается, что отношения с коллегами, близкими и любимыми успели измениться…

Но вопрос: а был ли мальчик? Точнее, взрослый мужчина 37 лет? Да, был и есть, но теперь – только сам за себя, одинокий и понимающий, к чему привело его бестолковое отношение к людям. Они не особо его ждут, не рады его воскрешению, не хотят его слушать. А если и слушают, то из жалости или по привычке, без всякой любви и уважения. Главный герой видит, как он отстал от жизни, прочно застряв в своих инфантильных "так будет, потому что я так хочу". Он понял, что у всех проблем хватает, а также есть свои чувства – а когда-то его слова были равнодушными и унизительными к их проблемам и эмоциям… Вот и прилетело обратно и отбросило его самого.

Сидя на руинах своей жизни, он испытал весь ужас положения: а существовал ли его мир на самом деле или это только иллюзорные опоры человека, который так и не стал взрослым? Можно сказать, что повесть и показала человеку то, что будет после его смерти – его никто не особенно вспомнил. Можно ли сказать, что он реализовал все свои роли, которые существовали вроде бы в его жизни? Нет. И ему стало страшно. И мне страшно вместе с ним, когда об этом задумалась.

Два мига – восхождение на гору, подарившее свободу и неважность себя перед величием природы, и странное знакомство с девушкой из салона красоты в аэропорту – все-таки преображают его жизнь к лучшему. Шанс ли это? Думаю, да, надеюсь, что его эгоцентризм отступит и он станет больше уделять времени тем, кто его окружает, принимает и любит.

И, наверное, в этом есть какое-то счастье – начать все заново...?

Лёгкая добрая история о глупой юности и поиске своего места в мире. Напоминает историю о повзрослевших Незнайке и Кнопочке. И Шпунтике, кенечно. Позитивная вещь, доказывающая, что всё не зря. Старается примирить читателя с жизнью. Написана с улыбкой.

Читается со злостью, конечно же. Если читатель - я. Злость наливается и растёт, как опухоль. Мерзкая мелкая житейка. Дурацкие поступки. Бессмысленные звездострадания. Всё как у меня, всё как у всех. Полжизни коту под хвост, и вторая половина туда же поглядывает.

А ведь они все умрут! И ваша Танька, и ваш Мишка, и лётчик этот. Никого не будет. Останутся только воспоминания о кучке наделанных глупостей и недолгой человеческой жизни. И смысла, того самого смысла, о котором осмелилась вспомнить Танька, не будет. Вопрос заглушен. Никогда смысл не отыщется, уступив место бездумному существованию. А нам-то что, мы людей кормим...

Вы прослушали монолог задолбанного человека. Потом, и уже сейчас понемногу, станет гораздо легче. Мир перестанет лихорадить на время, психика обретёт хлипкое равновесие. И я без прежней злобы буду смотреть на милые добрые истории. Но откуда знать, что это сейчас я не права? А ниоткуда. Только пытаться разумом разделить факт (1 абзац) и неадекватную на него реакцию. И признаваться себе, что истории о детстве и юности по-прежнему читать не выходит :)

Видимо, надо было мне ограничиться только первым знакомством с Токаревой и не продолжать далее. Очередной сюжет о гуляющем муже. О терпящей все жене. О внеземной любви на стороне.
Для разнообразия, правда, добавлено немного драмы с тяжелой болезнью. Капелька благородства со стороны главного героя. И потом еще более выраженное благородство уже со стороны дамы.
Неожиданная встреча в конце книги ну совсем уж неправдоподобна. Конечно, мир наш маленький, но не настолько же. А уж решение финансового вопроса одним махом в таких масштабах выглядит вообще как сказка. И это придает рассказу оттенок женских романов в худшей их интерпретации.
Ну и, опять же, главный герой - режиссер. Я понимаю, что Токарева пишет о той жизни, которая ей ближе. Но когда же появится хоть какое-то разнообразие?