Цитаты из книги Комедии

Должны были папаше вы сказать,
Что худо, ежели противен тестю зять,
Но если муж жене противен - вдвое хуже. Идти-то замуж вам, вам и судить о муже,
И, коль Тартюф так мил почтенному отцу, Пусть с этим женихом он сам идёт к венцу.

"Нынче этого уже не стыдятся: лицемерие - модный порок, а все модные пороки сходят за добродетели"

Я вспыльчив, как сто чертей, и никакая этика меня Не удержит: я желаю беситься, сколько влезет, когда меня разбирает злость.

Ви так повертаєте справу, що здається, наче ваша правда; а проте насправді таки не ваша правда. Наступного разу я позаписую всі мої міркування, а тоді вже сперечатимуся з вами.

У вас, почтеннейший, отличная спина;
Мне кажется, давно по ней скучает палка.

Так подогрей же мою досаду и поддержи меня в решительной битве с остатками любви к ней, дабы они не подавали голоса в ее защиту.

Давно б окончить я могла беседу эту, Когда бы не пришлось мне ждать мою карету.

Сганарель: И вам не страшно, что вы тут полгода назад убили командора? Дон Жуан. А чего мне бояться? Разве я не по всем правилам его убил? Сганарель. По всем правилам, сударь, как нельзя лучше, - жаловаться ему не на что.

Я бы только предложил, помимо всего прочего, делать больному нечетное число кровопусканий и промываний желудка; сыворотку давать больному внутрь перед ванной; на лоб ему надеть повязку с солью, ибо соль есть символ мудрости; выбелить стены его комнаты, дабы рассеять мрачные его мысли и не откладывая, сделать легкое промывательное, каковое послужило бы прологом и введением к тем разумным мерам лечения, кои, если только больному суждено выздороветь, должны принести ему облегчение.

Мартина. Растаскал по крохам все мое добро! Сганарель. Это я называю - жить на доход со своего хозяйства. Мартина. Кровать и ту из-под меня вытащил! Сганарель. Раньше будешь вставать.

Любовь рождается помимо нашей воли; Насильно пробудить ни в ком не можем страсть, Душа всегда вольна признать чью хочет власть.

По мне, лучше бы ты околела, чем вышла замуж за другого.

Мужчины очень часто платят за страстный жар невинных чувств преступною холодностью.

«Я в гневе ничего теперь не различаю И за последствия уже не отвечаю.»

Арган. Значит, по-вашему, доктора ничего не знают? Беральд. Знают, братец. Они знают гуманитарные науки, прекрасно говорят по-латыни, умеют назвать все болезни по-гречески, определить их и подразделить, но что касается того, чтобы вылечить их, - этого они не умеют.

Г-н Диафуарус. ...Он вам, наверно, предписывает есть побольше жареного? Арган. Нет, только вареное. Г-н Диафуарус. Ну да, жареное или вареное - это одно и то же. Он вас лечит прекрасно, вы находитесь в хороших руках. Арган. Доктор, а сколько крупинок соли нужно класть, когда ешь яйцо? Г-н Диафуарус. Шесть, восемь, десять - чтобы всегда было четное число, а в лекарствах - всегда нечетные числа.

Чертить на мраморе гораздо труднее, чем на песке, но то, что на нем начертано, сохраняется несравненно дольше.

Что делать - сердцем всем моим она владеет; Пред ней я слаб: она мне нравиться умеет. Что б я ни видел в ней, за что бы ни бранил, Но не любить ее мне не хватает сил.