Приворот

К тому же, за почти сорок прожитых лет он так и не обзавелся другими козырными картами - быстрой реакцией, талантом к ироничному восприятию, умением посмотреть так, что сразу становится ясно: пусть этот человек лицом и не вышел, зато проведенную с ним ночь будешь вспоминать до старости.

...и призраков не боялся. Люди-то страшнее, так всегда казалось Парфенову.

Дети доверчиво принимают навязанные маски.

Жалость к себе - наверное, самое быстрорастущее чувство на свете. Как ядерный гриб - трансформируется на глазах, а потом еще и убивает все живое вокруг, потому что быстро превращается в претензии к другим.

"Видимо, мертвые зовут лишь тех, для кого они что-то значат."

Например, говорил, что истинная сила обретается полным отказом от ее применения. Говорил, что стоит стремиться только к знаниям, понимание же – придет само; что максимальная награда ждет того, кто работает вообще без жажды результата.

Перебивать чужое молчание столь же неприлично, как и перебивать чужой разговор.

«Медь и изумруд – символы Венеры, Афродиты. Сама любовь, и женственность, и страсть»

Ревности не надо ничего давать, – усмехнулся Егор. – Она всегда и сама находит все, что требуется для ее осуществления.

Глиняные дороги; бескрайние, похожие на океан, поля, которые так красиво седели к осени; густые леса да поросшие камышами тихие болотца; разливанная Волга с ее темными спокойными водами… Время здесь как будто замерло на века.

Я вдруг поняла, зачем люди ищут сочувствия и внимания, — ты как будто откусываешь от своего горя кусочек и даешь его подержать кому-то, кто крепче стоит на ногах.

Дай человеку свободу, и он никуда от тебя не денется.

Смерть - это красиво только в первые час-полтора.

Ревность знакома лишь тем, кто себя с кем-то сравнивает

В состоянии очарованности человек не способен предъявлять претензии.(кукла)

Ревность знакома лишь тем, кто себя с кем-то сравнивает.(синяя борода)

Подумаешь, люди мертвые, эка невидаль. Каждый человек бывает мертвым. - Она заговорщически подмигнула. - Как минимум единожды. И у вас тоже будет такая возможность.

Она всегда любила осень - непогода как будто давала право отгородиться от всего остального мира пледом и чаем, почувствовать себя единственной, почти центром вселенной. Это был какой-то особенный, торжественный сорт одиночества.

Нина Петрова, когда-то выжившая в блокадном Ленинграде, точно знала, что Бога не существует. Когда она слышала церковные колокола, ей все мерещилось улыбающееся лицо соседского мальчишки, которого съели собственные родители, чтобы продержаться.

Я вдруг поняла, зачем люди ищут сочувствия и внимания, - ты как будто откусываешь от своего горя кусочек и даешь его подержать кому-то, кто крепче стоит на ногах.