Цитаты из книги The Mountain Shadow

Страх – это друг, всегда готовый предупредить

Слушайся совета тех, кто заставляет тебя плакать, а не тех, кто вызывает твой смех

Мы же не застряли на уровне обезьян. Мы можем изменить самих себя, и мы все время меняемся. Мы раскроем большинство законов мироздания и будем управлять своей эволюцией. Наша судьба управляет ДНК, а не ДНК управляет нашей судьбой, и так было всегда.

Карла. Она увидела меня и улыбнулась. С тобой что-то случается внутри, когда женщина, которую ты любишь, улыбается тебе. Тебя пронзает целый дождь стрел, придающих тебе храбрость.

Мужчины умеют забывать о несущественном. Лучше всего это удается мужчинам, движимым чувством долга.

Мое одиночество погружалось в ледяную реку истины. Одиночество также предполагает верность – хотя бы своим принципам. Но при взгляде издали на берег, к которому стремишься, часто кажется, что твоя вера в самого себя есть вообще единственная вера на свете.

Карма - это молот, а не перышко

невозможно понять, что у женщины на уме, пока она сама не скажет это.

Истинные глубины терпения проявляются только в общении с самыми родными и близкими людьми.

На важные вопросы существуют только ничтожные ответы, а задавая ничтожные вопросы, можно получить важные ответы.

Есть две разновидности лидеров: те, которые всегда готовы услышать правду, и те, которые ее ненавидят.

Люби правду, которую ты найдешь в сердцах других. Всегда слушайся голоса любви в своем сердце.

Улица самозабвенно жульничала.

Одна из величайших загадок Индии — и одна из ее величайших отрад — это искреннее дружелюбие людей из самых низов.. Именно эта доброта, исходящая из самых глубин сердца простых индийцев, является истинным флагом этой нации; и она побуждает вас вновь и вновь возвращаться в Индию — или удерживает вас здесь навсегда.

Память, мой возлюбленный недруг, порой включается в самый неподходящий момент... ...Промелькнет улыбка, зазвучит песня, и вот я уже унесен в прошлое: валяюсь в постели давним солнечным утром, гоню на мотоцикле по горной дороге или, связанный и избитый, умоляю судьбу дать мне хоть какой-нибудь шанс. И я люблю каждый миг этого прошлого, каждый миг встречи с другом или врагом, каждый миг ярости или прощения – каждый миг жизни.

Она не была в беде. Она сама была бедой.

— Тебе надо открыть сердце Иисусу, – сказал Доминик. — Иисус и так живет в каждом сердце, братишка. — Ты так думаешь? — Конечно. Я люблю этого парня, как и все остальные. — Вовсе не все, – рассмеялся он. – Многие ненавидят Его. — За что Его ненавидеть? Блестящий ум, любящее сердце, искупление общих грехов. Иисус был парень что надо. Возможно, они ненавидят христиан, но не Иисуса.

Грудь пронзили осколки потерянного времени, обрывки несказанных слов, призраки несделанных дел, растраченные понапрасну мгновения, упущенные ласки. Она умерла без меня.

Повиновение должно иметь разумный предел, иначе оно даст одним людям возможность творить все, что им вздумается, с другими людьми.