Викрадений. Катріона

Тут я сообразил, что спорю с женщиной, а это равносильно спору с ребенком, да еще по выдуманному поводу.

Любовь подобна простым смертным и нуждается в пище.

Так уж всегда у мужчины с женщиной, Дэви: у женщины ведь нет рассудка. Или она любит мужчину, и тогда все идет как по маслу, или же она его терпеть не может, и тогда хоть умри, все равно ничего не выйдет. Есть два сорта женщин: одни готовы ради тебя продать последнюю рубашку, другие даже не взглянут в твою сторону, такими уж их бог создал.

... я не переставал думать о том, какая загадка — женщина. То я удивлялся тому, что она до сих пор не заметила моей любви, а то мне казалось, что она уже давно всё заметила, но из чувства приличия это скрывает.

Ничего нет горше, чем потерять человека, которого считал своим другом.

— У меня никогда не было друга, пока я не встретил вас.
— А как же храбрый мистер Стюарт? — спросила она.
— Ах да, я о нем позабыл, — сказал я. — Но ведь он мужчина, а это — совсем другое дело.

— Я немного сделала в жизни, — сказала она, — я могу рассказать всё в двух-трёх словах. Ведь я девушка, а что ни говорите, много ли событий может произойти в жизни девушки?

Оттого, что я не могу сохранить серьёзность в течение пяти минут и не могу смотреть на вас без смеха, вы не должны думать, что я не люблю вас.

— Я только удивился тому, — отвечал он, — что, имея достаточно ума, чтобы выводить подобные заключения, у вас не хватает его, чтобы оставлять их при себе.

Если люди не знают, что вы делаете, они страшно интересуются вами, но если им кажется, что они знают о вас кое-что, то интересуются вами столько же, сколько гороховой похлёбкой.