Философия жива!
Нет ничего более таинственного, чем разум, пытающийся осмыслить себя. (Разум VS Мозг)
Как человек далёкий от науки, который оценивает научпоп в первую очередь с точки зрения баланса доступности понимания и умения автора не переливать пустое в порожнее, должна заметить, что в этом смысле книга Роберта Бёртона не вызывает особых нареканий. Она небольшая и довольно насыщенная, в ней в равной доле содержатся выдержки из большого числа научных исследований, собственные мысли и опыт автора, примеры из клинической практики и даже литературные наблюдения. Кроме того, Бёртон сразу же подкупает читателя тем, что не только не обещает никаких сенсаций, но и утверждает, что способность науки разобраться в феномене разума вообще весьма сомнительна. Вот это интрига!
Все размышления и исследования разума направляются непроизвольными процессами в мозге, которые совместно создают иллюзорное чувство личного, уникального Я, способного целенаправленно и непредубеждённо исследовать то, как мозг создаёт разум.
Да, мы и раньше знали (или догадывались), что разум и мозг - не одно и то же. Но если функции и способности мозга современна наука вполне в состоянии изучать, если в этой области имеются некоторые перспективы, то разум по-прежнему остаётся за завесой тайны. Мы почти ничего не знаем о нём. И это было бы ещё полбеды, как говорил Булгаковский Воланд Берлиозу, которому русская комсомолка вскоре отрежет голову. Весь ужас в том, что надежда на то, что мы когда-нибудь постигнем его глубины, весьма призрачна. А виноват в этом всё тот же разум, который, паразит такой, сам же и ограничивает наше познание. Вот в чём фокус!
Наш далёкий от идеала разум обречён быть одновременно и исследователем, и инструментом исследования самого себя.
Я долго думала, какую метафору можно использовать для описания книги Бёртона. Были варианты с рекой и потоками, с ветвистым деревом, и даже со зодиакальным знаком Рыб. То есть некое единство сути, стремящееся по разным путям к одной цели. Но в сторону реки-деревья; всё будет проще. Возьмём коктейль "Кровавая Мэри": два всем понятных ингредиента, составляющих один бодряще-подавляющий напиток, в зависимости от ваших способностей к выпивке. Пусть полезной и вкусной долей, томатным соком, будут размышления Бёртона о разуме в целом, а самой сильной, алкогольной - размышления о науке и способности нашего познания разума. Градус достигается за счёт того, что автор, опираясь на научные данные, на многочисленные опыты и эксперименты, задаёт крайне неудобные вопросы, на которые невозможно ответить точно или же объективно. При этом он всячески подчёркивает, что у него нет намерения критиковать работу учёных, что любые знания нужны и важны, но он ставит под большое сомнение выводы, которые делаются по результатам исследований. В основном проблема сводится к тому, что
Научный метод может принести немало полезной информации, но любое применение полученных данных для понимания разума навсегда останется личной интерпретацией, а не научным фактом.
Но и сами исследователи в области нейробиологии, порой преследуя совсем не научные цели, сводят наиболее сложные аспекты человеческого поведения к отдельным невразумительным утверждениям. В результате чего СМИ пестрят довольно нелепыми заголовками, смущающими умы рядовых граждан. И, что хуже, ведут к возможным фатальным ошибкам в будущем, как в науке, так и в повседневной жизни. Саму науку Бётон видит как возвратно-поступательные движения проб и ошибок, нападения и отступления, прочерченное моментами гениальных прозрений и исцарапанное периодами эксцессов. И считает, что
Нежелание признавать существующие биологические ограничения исследования разума приведёт лишь к дальнейшим нейробиологическим эксцессам.
Сейчас, по Бёртону, мы скатываемся в пропасть. Мало того, что у нас нет понимания сложности проблемы познания разума, так ещё и в погоне за популизмом можно наворотить дел. Он призывает научное сообщество разделить его скептицизм, стараться задавать правильные вопросы и быть осторожными в оценке и выводах.
Для учёного заключение представляет собой модель будущего. Ни один из нас, каким бы умным, сообразительным или прирождённым нейробиологом, философом или наблюдателем за людьми он бы ни был, не знает окончательного слова.
Кстати сказать, досталось на орехи - физики, закройте глаза! - даже Стивену Хокингу за его "философия мертва".
В заключении не могу не отметить прекрасно подобранные эпиграфы к каждой главе, а также огромное количество интересного материала, который собрал автор. Книга также содержит массу ссылок, которые в свою очередь могут послужить прекрасным ориентиром для выбора дальнейшего чтения по данной теме.
P.S. Шутка от Джона Эклза, нейрофизиолога, лауреата Нобелевской премии: Головной мозг - это узел на конце спинного мозга, который не даёт рассыпаться позвоночнику.
82 понравилось
