Кулау-прокажённый

Всё-таки, для Джека Лондона, как честного человека, стояла проблема законности американского империализма – всепролазности, вездесущности и довсегодельности американского права сильного. Это именно проблема писателя, так им до конца и не решённая – в разных своих произведениях Джек Лондон даёт противоречивые оценки этому явлению. Это и понятно. У нас, например, так же непросто с поляками, украинцами и прибалтами. И проблема не решена, она просто дистанцирована. И продолжает приносить свои ядовитые плоды. В своём противостоянии миру человек всегда одинок. И вот, вроде бы, Кулау собрал вокруг себя единомышленников-прокажённых, которые тихо умирают на своей земле и хотят только одного – чтобы их оставили в покое, но даже они его предают. Трагедия – это я. Понимания не только нет, оно невозможно. Чисто тактически для ведения боевых действий существует такое оптимальное расположение боевых единиц, что малыми силами можно сдерживать натиск намного превосходящих сил противника. Ну, один беспрецедентный случай 300 спартанцев (не киношный, исторический), например. Кулау это понимал и в одиночку, одним ружьём удерживал ущелье от десятков вооружённых полицейских.

Кулау не сдался. Он проиграл, у него отгнили пальцы и он физически не мог нажать на курок. Но он сделал всё. Он умирает, прижимая к себе винтовку, ибо в ней заключена его свобода. Тяжёлый рассказ, оставляющий тяжёлое послевкусие. Суровый писатель – Джек Лондон.

Тяжелый рассказ отчаянной борьбы прокаженных за свою свободу. Сюжет кажется очень нереальным, ведь это были всего то больные, ни на что не годные люди, живущие где то в ущельях, куда ведут  лишь козьи тропы. И такая бойня! Артиллерия, солдаты, с дьявольским напором, не жалея собственных жизней они шли изгонять этих отвергнутых. Единственное желание которых было остаться в родных краях до своей мучительной смерти. А не отправится как стаду послушных баранов куда прикажет белый хозяин. Требование свободы которое было воспринято как невероятное оскорбление, плевок в лицо. 

Немыслимая степень жестокости по отношению к коренному населению. К людям которых искалечили завезенные новые болезни, перед которыми они были абсолютно беззащитны. За голову только одного Кулау было обещано тысячу долларов. Сумма нереальная по тем временам, но обещанная за смерть. Я не могла отделаться от мысли а что было бы, если бы на эти деньги построили лазарет, например, или употребили на благо этих мучительно страдающих людей. Таким образом  сохранилось бы и множество жизней солдат, которые пытались поймать всегда ускользающего «больного». Он боролся блистательно, мужественно и отчаянно, настоящий воин, до последнего вздоха. Во время чтения охватывает чувство негодования, за такую вопиющую несправедливость. Ведь невообразимо так мучить несчастных, доходя до полного абсурда и лишая людей последнего ничтожного желания. На которое они уж точно имеют право от рождения. Но речь идет о приказе новообразовавшихся «небожителей», разбогатевших на эксплуатации людей, уже привыкших повелевать и окончательно поправших моральные принципы. Ах если бы солдаты объединились с прокаженными.. вот это было бы возвращение к рациональному мышлению.