Горький и Леонид Андреев. Неизданная переписка

Жизнь шагает широкими шагами всё вперед и выше — как хорошо, что она без панталон, ибо столь быстрого движения никакая материя не выдержит — непременно разорвется в паху. (Горький - Андрееву. №86)

Русский писатель должен быть личностью священной, в России нечему удивиться, некому поклониться, кроме как писателю — русский писатель каждый раз, когда его хотят обнять корыстные или грязные руки, должен крикнуть — "прочь! я сам знаю кто я есть в моей земле!" Ибо наш брат прикрывает раны и язвы её сердцем свои, и наше сердце, распластанное по ней, топчут копыта скотов. (Горький - Андрееву. №160)

При болезненном развитии самолюбия, которым ныне так жирно потеют российские литераторы, — можно ли с успехом, но без обиды на тебя — сказать кому-либо из них — "написано холодно, без любви к делу"? теперь все пишут превосходно, каждый верует, что он по меньшей мере — мудрец, во всяком случае — создатель "нового стиля", — и все ведут себя на полях словесности, как телята в огороде, — резво. Не думаю, что возня с такой оголтелой публикой могла дать добрые результаты. (Горький - Андрееву. №152)