Цитаты из книги Горе от ума

В те дни, что для меня так памятны, так сладки, он всё любил во мне — и даже недостатки.

Где нет взаимности, рождается остуда.

"Она же ссорится! и я же виноват!

И мне приятели признаться в том велят!

От этих женщин мы чего не переносим?

А кончится одним: что мы прощенья просим. "

Персонаж Рославлева из комедии "Притворная неверность".

О! если б кто людей проник: Что хуже в них? душа или язык? Чьё это сочиненье! Поверили глупцы, другим передают, Старухи в миг тревогу бьют- И вот общественное мненье!

Ты понял мастерски, хитрец, мою науку; За это за одно мою получишь руку.

Чтоб истребил господь нечистый этот дух
Пустого, рабского, слепого подражанья;
Чтоб искру заронил он в кому-нибудь с душой,
Кто мог бы словом и примером
Нас удержать, как крепкою вожжой,
От жалкой тошнота по стороне чужой

Посуди:
Блаженство обретал я на ее груди;
Смиренный, тихий нрав, испытанный во многом,
Любви достаточным казался мне залогом.
Я так уверен был, беспечен, что, ей-ей,
В объятиях ее не помышлял об ней.
Внезапно кротость та пожертвована вздору;
Эльмира вне себя от шляпки, от убору:
Она сбирается на бал, а я — сказать стыжусь! —
И в провожатые уж боле не гожусь.

Конечно, ежели сего лишь захотят,
И ангела с пути прямого совратят

— Да, я влюбился вновь.
— В кого?
— В жену мою.

Да, сударь, тягостно согласие всегдашне.
Зачем она молчит и убегает свет?
Причиной спесь иль лень; ума в ней, что ли, нет?
О! пропасть в ней ума; но кто про это знает?
И дарований тьма, — она их все скрывает;
Прекрасная собой, — одета не к лицу!..
Я впрямь был вне себя, когда мы шли к венцу,
Как в первый раз меня Эльмира обнимала!..
Немые ласки те божественны сначала,
А в продолжении весьма надоедят.

Другая сыщется столица, как Москва.

Скалозуб –
По моему сужденью
Пожар способствовал ей много к украшенью.

Фамусов –
Не поминайте нам, уж мало ли крехтят!
С тех пор дороги, тротуары,
Дома и всё на новый лад.

Чацкий –
Дома новы, но предрассудки стары.
Порадуйтесь, не истребят
Ни годы их, ни моды, ни пожары.

Как с ранних пор привыкли верить мы,
Что нам без немцев нет спасенья!

Не быть тебе в Москве, не жить тебе с людьми;
Подалее от этих хватов,
В деревню, к тётке, в глушь, в Саратов!
Там будешь горе горевать,
За пяльцами сидеть; за святцами зевать.

Да он властей не признает!

Что говорит! и говорит, как пишет!

Тьфу, Господи прости! Пять тысяч раз
Твердит одно и то же!
То Софьи Павловны на свете нет пригоже,
То Софья Павловна больна.
Скажи, тебе понравилась она?
Обрыскал свет; не хочешь ли жениться?

Чацкий
- А вам на что?

Фамусов
- Меня не худо бы спроситься,
Ведь я ей несколько сродни;
По крайней мере, искони
Отцом недаром называли.

Не весел я!.. В мои лета
Не можно же пускаться мне вприсядку!
Чацкий
- Никто не приглашает вас;

Не человек, змея!
Хочу у вас спросить:
Случалось ли, чтоб вы, смеясь? или в печали?
Ошибкою? добро о ком-нибудь сказали?
Хоть не теперь, а в детстве, может быть.

А впрочем, он дойдет до степеней известных,
Ведь нынче любят бессловесных.