Fiesta. The Sun Also Rises

Когда делаешь всё слишком долго и слишком поздно, нечего ждать, что около тебя кто-то останется.

- Никогда не влюбляетесь?

• Всегда, - сказал граф. - Я всегда влюблен.
• А как это отражается на ваших ценностях?
• Это входит в число моих ценностей.

Откуда женщине знать, что за словами, которые говорятся ей, ничего нет, что говоришь просто в силу привычки и ради собственного спокойствия.

Любовь — навозная куча. А я петух, который взобрался на неё и кричит «кукареку».

Не знаю, в котором часу я лег. Помню, что разделся, надел халат и вышел на балкон. Я знал, что я очень пьян, и, вернувшись в комнату, зажег лампу над изголовьем кровати и стал читать. Я читал книгу Тургенева. Вероятно, я несколько раз прочел одни и те же две страницы. Это был рассказ из "Записок охотника". Я уже раньше читал его, но мне казалось, что я читаю его впервые. Картины природы рисовались очень отчетливо, и тяжесть в голове проходила.

Теперь у нее был мужчина. Ее собственный мужчина. Только ее. Сможет ли она его удержать? Сможет ли удержать возле себя? Это вопрос.

Скриппс О'Нил думал о Мэнди, официантке. Какое же прошлое должно быть у такой девушки! Она-кладезь историй! С такой женщиной, как она, можно далеко пойти!

Мне не нужен дворец. Единственное, что мне нужно, - это место, куда не проникнет ветер.

Не напивайся, Джейк, - сказала она. - Не из-за чего.

• Почем ты знаешь?
• Не надо, - сказала она. - Все будет хорошо.
• Я вовсе не напиваюсь, - сказал я. - Я просто попиваю винцо. Я люблю выпить винца.

Все вы — потерянное поколение.

Гертруда Стайн (в разговоре)