Черная земля

Щепетнев долгое время был ярким примером того, что судьба хорошего писателя иногда злодейка, а иногда сука рваная просто. Врач воронежского центра антиСПИДа заявил о себе в начале 90-х, постепенно стал знаменитым в фэндоме и кругу читателей «Компьютерры» автором, одним из создателей и видным пропагандистом жанра литературного альманаха, обладателем аж двух «Бронзовых улиток», чуть ли не единственным стоящим фантастом России по версии пары особо оголтелых критиков – и не издал ни одной книги. Хотя успел написать чуть ли не с десяток повестей – сухих, жестких и очень цепляющих. Да к тому же медик Щепетнев-то – а в России медики-писатели-фантасты обычно ребята не только талантливые, но и пробивные.
Понятно, что экзерсисы на тему упырей Центрального Черноземья, царского ГУЛАГа на Марсе или впавшей в полуфашизм Российской империи не имели особого коммерческого потенциала несмотря на несомненные литературные достоинства – а может, и благодаря им. Но все равно, в эпоху, когда заметным тиражом публикуется любой климактеричный бред и антологии молодых графоманов, подобный игноранс издателей выглядел почти неправдоподобным. Сам Щепетнев относился к данному вопросу с самурайским спокойствием, отмечая, что хотел бы, конечно, напечататься при жизни, но наизнанку ради этого выворачиваться не будет. Это многое объясняло, но мало утешало.
Прорыв случился в 2002, когда АСТ опубликовал покетбук «Темные зеркала». С учетом маститости почти 50-летнего автора выбор малого формата и мягкой обложки для сборника почти классических повестей выглядел издевательским, но не Щепетневу было жаловаться. Тем более, что им издательство открыло целую серию, названную, библиотека фантастики "Сталкера", да и тираж был стандартным для дебюта – 6 тысяч. Серия не задалась, но не в этом дело.
В прошлом году тот же АСТ уже 7 тысячами выпустил новый, что неожиданно, роман «Хроники Навь-Города», в котором Щепетнев попытался сыграть на чужом, чуть ли не фэнтезийном поле (бывшие космонавты в роли рыцарей сражаются с чудовищами и изощренными интригами подлых баронов, все такое). Попытку можно засчитать, игра удалась, хоть и оставила поклонников в легком замешательстве, которое не развеяли ни фирменное щепетневское пугалово, прущее с некоторых страниц, ни включение в корпус романа пары старых повестушек.
В связи с этим я и не знал даже, когда и какой будет следующая книга Щепетнева. И вдруг увидел в книжном роман «Черная земля», который, оказывается, вышел еще в 2003 году усилиями «Терры» и «Северо-Запада». Тираж застенчивые издатели не указали, зато вписали книгу в серию «Полночь XXI век: Русский роман ужасов», чем, очевидно, и обрекли на бесславие – как известно, отечественные ужасы читатель не приветствует (в той же серии вышла книга Точинова, которого я не читаю, и двух неизвестных мне дебютантов).
Но все равно спасибо товарищам огромное. Как полиграфический продукт «Черная земля» сделана с любовью, качественно и без малого стильно. Как литературное произведение «Черная земля» вполне соответствует уровню автора, а он сильно выше среднего. По старой привычке Щепетнев включил в роман несколько уже известных повестей, которые, выстроившись в ряд, заиграли по новому. – ну, и дописал кой-чего, конечно. Повествование построено по известной схеме: 6 не то 7 глав, в каждой из которых новый (в трех – сквозной) герой, то комсомолец-двадцатипятитысячник, то красноармеец при летучем отряде НКВД, то спецврач (естественно), а то бомбила с грузовиком, сталкивается с чертилами и оборотнями, выскакивающими из подвалов и лесов воронежского захолустья. Многое, как положено у Щепетнева, объясняется происками Советской власти, сносящей церкви и взрывающей энергоблоки, но беспристрастному читателю автор, как, опять же, ему положено, дает понять, что большевики лишь сняли крышку с обустроенного не ими адского инкубатора. Иногда «Черная земля» мучительно напоминает аналогичные книги последних лет, типа «Академонгородка». Но матерый сценарист и кавээнщик Бачило все-таки старался из каждой главки сделать черный анекдот с хлесткой концовкой. А Щепетнев, давно играющий с альтернативным течением истории, стремился, такое ощущение, грубо воткнуть классический сюжет в реальную деревенскую жизнь. Чтобы показать, например, как историю гоголевского «Вия» увидел бы левый путник, по партийной линии ночующий в церкви, пока Хому колбасят под крики «И ты, Брут!» Или как повернулись бы события в отеле «У погибшего альпиниста», если бы туда съехались естествознатцы да спецлаборанты, а вместо инопланетян шалили зомби с верволками. Вынужден доложить, что все равно ничего хорошего не вышло. Часть главных героев живой осталась – и то хлеб. Черный такой.
Очень неплохая книга вышла. При некоторой раскрутке Щепетнев может попасть в топ отечественных авторов. Похоже, это не только мое мнение, и воронежский врач все плотнее вписывается в издательский мейнстрим – например, только что он дуплетом отметился в сборнике повестей по мотивам Шерлока Холмса. Это радует.
Ведь хотелось бы, наконец, целиком прочитать «В ожидании Красной Армии» и давно анонсированные автором вторую и третью книги «Черной земли».

Для начала - почему я взялся прочитать эту довольно-таки старенькую книгу. В майском номере вебзина "Даркер" разгорелся спор между Михаилом Парфеновым и Виктором Точиновым и решили они замутить литературную "схватку" между двумя направлениями русского хоррора - так называемой "темной волной" лидером которой является Парфенов и (внимание!) олдскулом "русского хоррора"! То что у нас есть старая школа русского хоррора для меня читающего все ужасы подряд с 10-летнего возраста, а именно с 1990-го года стало воистину откровением. Как же это я их пропустил... Ну был конечно Алексей Атеев с "Загадкой старого кладбища" и... больше ничего не было. А потом сразу Варго и "темная волна". И решил я причастится к олдскул, значит. Тем более, что на "Хоррорзоне" выложили часть списка авторов энтой самой старой школы. К моенму удивлению я обнаружил там Логинова, которого считал просто фантастом, в моих личных предпочтения даже выше чем Лукьяненко. Но о других авторах - вот Василий Щепетнев, "Черная земля", прорыв пишут, 15-летней давности, читаем значит.

Честно говоря, за последнее время разбаловали меня всякие там Джо Лансдейлы и Ремси Кемпебеллы. Такой ядреной графомании, наспех состряпанной и местами фантастически невежественной как "Черная земля" я не читал давно. Собственно, произведение состоит из сваленных в кучу глав, где действие происходит в одном и том же месте, где творится чертовщина, деревне Шаршки, но в разные временные отрезки, с разными героями, начиная с 1928 года и по наши дни. Логика и мотивы героев оставляют желать лучшего.
Глава первая, как бы ввод. в деревню приезжает по направлению комсомолец-практикант. Мы то понимаем, что дела в деревне мутит нечистая сила, но с точки то зрения практиканта это чистая уголовщина. Тем не мене очень странно, когда он видя чистое убийство активистов тупо сбегает, садится в поезд... и ему даже в голову не приходит сообщить о случившимся властям. Вот интересно в те строгие времена, как этот комсомолец объяснил направившим его в этот колхоз свое поспешное бегство? Или он всю жизнь потом скрывался и от властей и от общества?
Глава вторая, моя любимая, потому что здесь время действия 28 год (или позже, коряво объяснено), а главные герои ЧЕКИСТЫ. В 1928 году (или позже), угу.Автору невдомек когда реорганизовалась ВЧК и как она стала впоследствии называться.Но это мелочи. Припирается, значит, группа "чекистов в деревню Шаршки взрывать церковь. Находит там попа и тут же умучивает до смерти. "Чекистов" совершенно не смущает, что деревня в самую летнюю страду полностью пуста, даже кур нет. Командиру скучно. Даже когда два бойца обнаруживают в пустой избе какую-то бабу, которая догрызает детскую руку, командир... продолжает скучать. Этот момент надо процитировать:

• Нет, нет, - отдышавшись, вмешался уполномоченный. - Совсем не то. Безлюдным село оказалось. В конторе - никого, прошли по избам - нет людей. В одной только сидит женщина и что-то грызет. Мы подошли - рука детская. Сырая! А она, женщина эта, завыла и на товарища Федота кинулась. Кусается, царапается. Еле отбились, а она не унимается. Вот и пришлось стрелять.
• Точно так и было, товарищ сержант, - солдат засучил рукав. - До крови прокусила, видите?
• Спрячь, верю, верю. Отмечу, пострадал, - чекист повернулся к лейтенанту. - Ерунда какая, а приравнивается к ранению.
• Может, она бешеная, - Федот опустил рукав, обиженно потупился.
• Значит, никого в конторе, - не обращая больше на солдата внимания, заключил чекист.
• Ни в конторе, ни в председательском доме. И вообще,

• Понятно. Ты, Федот, не скучай. Авось выживешь, в приказе отметят, в старости внукам рассказывать будешь, как крови своей ради них не жалел, борясь с нечистью, - чекист говорил, не скрывая скуки.

Кремень-мужик. Он бы тосковал и будучи героем фильма Зака Снайдера "Рассвет мертвецов" наверное. Далее группа останавливается на постой... тут же...Конец немного предсказуем. Как и конец литературного баттла с авторами темной волны, похоже.

В общем, дочитываю, есть еще смешные моменты.

Что я могу сказать? Те фрагменты, которые про времена коллективизации, подрыва церквей и прочих подобных событий — без оглушающего потока патологических ужасов и без причудливого, изощрённого литературного мастерства. Написано ровно, весьма "читабельно", но безуминки для настоящего хорошего хоррора — не хватает. Этакий... Шолохов с мистикой и жутью, если угодно. Жутью, но не лютью, заметьте.

Та же часть повествования, которая относится к настоящему времени, излишне перегружена постперестроечными реалиями и экскурсами в политику, равно как и рефлексией главного героя на эти же самые темы...