Цитаты из книги Трагедии

Здесь, здесь, с червями, Служанками твоими, я останусь. Здесь вечный отдых для меня начнется. И здесь стряхну ярмо зловещих звезд С усталой шеи. - Ну, в последний раз, Глаза, глядите; руки, обнимайте! Вы, губы, жизни двери, поцелуем Скрепите договор с корыстной смертью! - Приди, вожатый горький и зловонный, Мой кормчий безнадежный, и разбей О камни острые худую лодку! Пью за любовь мою!

Брось. Гасят ведь одним огнем И боль другою болью притупляют, А горе глушат новою бедой, И головокруженье прекращают Круженьем вспять.

Любовь от вздохов только лишь туманней.

Любовь слепа, но зрячею рукой она разбить сумела мой покой.

"Если б мог ты, доктор, Исследовать мочу моей страны, Чтоб разгадать недуг, и государству Вернуть здоровье, я бы эхо гор Тебя заставил славить" (с) "Макбет"

"- В Шотландии без перемен? - Увы, Она сама себя узнать страшится, Не матерью для нас - могилой став. Там тот, в ком разум жив, не улыбнется; Там горьких воплей, в воздухе звенящих, Не замечают; там обычным делом Стал взрыв отчаяния; там не спросят, Услышав похоронный звон: "По ком?". Там люди, не болея, увядают Быстрее, чем цветы на шляпах" (с) "Макбет"

Пределом это кажется для тех, Кто к горю не привык. Но кто привычен, Теряет счет страданьям и идет Сквозь испытанья до конца и края.

Я безумен только при норд-норд-весте; когда ветер с юга, я отличаю сокола от цапли.

Ты воображаешь, что от натянутости тебя спасет твоя распущенность?

Когда и где она его увидит И как спасет от ненависти их? Но страсть их учит побеждать страданье. И им находит способ для свиданья.

Прочти, как в книге, на его лице Намеки ласки и очарованья. Сличи его черты, как письмена, Измерь, какая в каждой глубина, А если что останется в тумане, Ищи всему в глазах истолкованья.

Твой взгляд опасней двадцати кинжалов

Гамлет. Дания - тюрьма. Розенкранц. Тогда весь мир - тюрьма.

Быть честным при том, каков этот мир, - это значит быть человеком, выуженным из десятка тысяч.

И в небе и в земле сокрыто больше, Чем снится вашей мудрости.

Бренность, ты зовёшься: женщина!

О, если б этот плотный сгусток мяса Растаял, сгинул, изошел росой!

Влекут туда и мысли и мечты.

не больше ладит с сердцем голова

Мне легче на душе от предвкушенья Того, что я швырну ему в лицо. It warms the very sickness in my heart, That I shall live and tell him to his teeth, 'Thus didest thou. '