"Шла и не знала, что жизнь короче юбки."

А вот еще - людей кругом много, а когда что-то случается, они куда-то исчезают. Где-то читала, что раньше были запреты на общение с вдовцами или вдовицами, потому что считали, что горе заразно. Наверное, и сейчас так считают. А может, и в самом деле заразно.

Кто сказал, что кровное родство - самое далекое? Как жестоко и верно!

По углам собираются комки пыли, убегают от щетки, как зверьки. Думала, чем они питаются и вдруг поняла - ее годами.

Как мало действительно нужно чтобы почувствовать себя вдруг счастливой - если все это потом можно рассказать тебе

Так хочется прижаться к тебе и рассказать что-нибудь глупое-глупое, дорогое-дорогое

...преимущество слепого - быть таким, какой ты есть, а не таким, как захочется зеркалу.

С крыльца поликлиники спускается хромая в ортопедическом ботинке, на каждом шагу ввинчивая в себя ногу. Она работает в библиотеке, не любит читателей за то, что те берут книжку, а возвращают засаленную лепешку с выпадающими страницами, и в отместку им пишет карандашиком на первой странице детективов, кто убийца.

Есть целые жизни, в которых никого нет, даже живущего, он так и умирает не проклюнувшись.

Наверно, если был смысл у этого дня, то лишь в том, что он прошел.

Без тебя я - пустая пижама, брошенная на стул.

Декарта убила необходимость вставать затемно в пять часов утра, чтобы читать шведской королеве Кристине лекции по философии.

...слова могут создать что-то свое, но ты не можешь стать словами. Слова — обманщики. Обещают взять с собой в плавание, и потом уходят тайком на всех парусах, а ты остался на берегу.

Единственная победа на любой войне-это выжить.

Когда влюбился, говорил любимой:

• Я так счастлив, что ты появилась в моей жизни, ты - мое спасение.

• Разве женщина может быть спасением? Если плывешь - она помогает плыть, если тонешь - она лишь помогает утонуть.

Еще сказала, что, когда выходишь на сцену, зрители будто подсадные — и нужно сделать их настоящими — в тебя влюбленными.

Вот я родился, и я умру — понятно. Неприятно, но понятно. Страшно, конечно, но объяснимо, с этим можно справиться. Но вот как же с дочкой? Она уже есть и однажды умрет — вот это уже по-настоящему страшно. Раньше даже не знал, что может быть так страшно.

Так странно все устроено в этой жизни! Люди быстро звереют по отношению к людям, делаются мерзлыми, жестокими — и оттаивают, становятся человечными по отношению к живущей в кармане зверушке. Жалеют. Преображаются вдруг, когда гладят ее пальцем по спинке.