Three Men on the Bummel

человек не может вполне оценить свое счастье, пока оно ничем не омрачнено… при постоянной радости даже боль – приятное разнообразие. Для меня лично вечное блаженство без всякого диссонанса кончилось бы сумасшествием…

Первые впечатления - не затемнённые ещё ночь им вмешательством и сложившиеся без всякого постороннего влияния - бывают самые справедливые.

Свобода воли и личности не искушает немца, он любит, чтобы им управляли; а недовольные – не довольны только формой проявления власти, но не самым ее существованием над ними.

Місто, як і жінка, має стільки років, на скільки виглядає.

Дама, яка п`э какао, мало чого потребує від світу, якщо судити з рекламних плакатів - якийсь ярд муслину щонайбільше. У континентальній Європі їй узагалі нічого в житті не треба. Какао заміняє їй не тільки всю їжу й питво, а й одяг також - принаймні так вважають виробники какао.

Разве райские кущи идеальная обитель для людей со здоровыми руками и здоровой головой?

Если бы все богачи мира объединились и отдали беднякам свое достояние, это было бы едва заметным движением воды, это лишь на мгновение уничтожило бы социальные грани. Жадность и себялюбие скоро снова появились бы. С незапамятных времен богач бросал деньги беднякам, но бедняки постоянно увеличивались количественно и делались все беднее. Деньги — скверная вещь. Они влекут за собою семена разрушения.

...самым большим камнем преткновения на пути человеческого прогресса является Бог.

— Я очень часто не спала и мечтала о том, чтобы могла думать о своем муже то, что думала при первых наших встречах, — что он славный, красивый человек с добрым сердцем. Когда я увидела его мертвым, ко мне вернулась вся моя любовь. Девушка, выходя замуж, думает, что нашла любимого человека. Очень часто оказывается, что она его потеряла. Мне иногда кажется, что долговечны одни лишь мечты.

Иностранцам, которым приходит желание посмотреть «Kneipe», следует в самом начале вечера записывать свое имя и адрес на клочке бумажки и прикалывать его к сюртуку. Немецкие студенты – народ вежливый, и, в каком бы состоянии они ни были сами, но приложат все старания, чтобы развести гостей по домам; тем не менее они не могут и не обязаны помнить адрес каждого гостя.

По дороге домой я зашел к портному и заказал себе подходящий костюм с белой шляпой; портной обещал поспешить и приготовить его вовремя. Когда я, вернувшись, рассказал все Этельберте, она пришла в восторг и тревожилась только об одном – успеет ли сшить платье себе. Это было так по-женски!

Ведь немец не любит лени и не поощряет ее. По его мнению, собака — несчастное существо: ей нечего делать! Неудивительно, что она чувствует какую-то неудовлетворенность, стремится к недостижимому и делает глупости. И вот немец дает ей работу, чтобы занять праздную тварь делом.

Со временем весь птичий род будет, конечно, приведен к порядку. Теперешний беспорядочный писк и щебетанье исчезнут, каждая птица будет знать свое время, и, вместо того чтобы надрываться без всякой пользы в четыре часа утра в лесу, горластые певцы будут прилично петь в садиках при пивных, под аккомпанементы рояля.

У нас же в Англии существует никем еще не превзойденный метод обучения иностранным языкам: при максимальных затратах времени и денег мы умудряемся добиться минимальных результатов.
_______________________________________________________________________________
И не только в Англии)))

Говорят, в Ганновер надо ехать, чтобы выучить язык, — по-немецки здесь говорят лучше, чем в других городах Германии. Впрочем, за пределами Ганновера — а это всего лишь маленькая провинция — никому этот первоклассный немецкий не понятен. Поэтому приходится выбирать: выучить хороший немецкий и оставаться в Ганновере или выучить плохой и путешествовать по Германии.

Евреи всегда являлись неотъемлемой частью Праги. Нередко они содействовали христианам в их любимом занятии — взаимоистреблении.

Удивительно, что человек безвольный, как малое дитя, стоит ему надеть мундир, становится разумным существом, способным принимать решения и проявлять инициативу. Немец может управлять, им могут управлять, но управлять собой он не способен.

Именно первые впечатления - не затемненные еще ничьим вмешательством и сложившиеся без всякого постороннего влияния - бывают самые справедливые.

Однако есть еще более страшное преступление, перед которым все остальные ничтожны: это хождение по траве. Нигде, никогда и ни при каких обстоятельствах в Германии ходить по траве не разрешается; ступить на нее было бы таким же святотатством, как протанцевать матросский танец на молитвенном ковре магометанина.