Золушка беременная

Однако вчера ко мне приезжали дети В сопровождении бывшей жены, Они визжали, и ели мороженое, И гоняли друг друга, Я был вежлив и гостеприимен, Но мне было неинтересно…

Как и мне было неинтересно читать очередной поэтический сборник Лимонова. Я не люблю бросать дела на пол пути и раз взялся перечитать всё его творчество, то нужно прорываться вперёд, пусть и сложно это.

Лимонов пишет об одном и том же уже несколько сборников подряд. Те же герои, лица, термины, идеи. Эдуард просто не может выбраться из этого злополучного круга и непрерывно [находился] следует по этому бесконечному пути, пока рано или поздно не сгинет [cгинул] на нём во век.

И пока Лимонов занимался самоповторами, началась война, добавив этому сборнику хоть какое-то место в хронологии. Ликование Крыма, кровь Донбасса и ожидание грядущей войны.

Но полномасштабная война начнётся еще не скоро (если считать дату публикации), и поэтому автор всецело наслаждается сытой промежностью девок.

Издательство «Ad Marginem» выпустило очередную книгу Эдуарда Лимонова — «Золушка беременная». Название, как и подобает, сразу же бросается в глаза, возникает множество вопросов, случайные прохожие, увидевшие молодого человека с подобной книжкой, начинают косо смотреть в его сторону.

Казалось бы, всё как обычно: новый поэтический сборник Лимонова — новый эпатаж. «А старый пират» удивлял выпячиванием личных отношений с Екатериной Волковой, «К Фифи» — новой страстью на старости лет, «Атилло длиннозубое» — поэзией развратного ересиарха, «СССР — наш древний Рим» — сильной гражданской лирикой.

Но в «Золушке беременной» просто сошлись все эти темы: немного Фифи, немного политики, щепотка личных отношений с давними подругами и чуть-чуть космогонии. Сказать при этом, что новые стихи на порядок выше предыдущих, нельзя. Создаётся такое ощущение, что Лимонов выдавливает из себя последние сгустки энергии.

Большая часть сборника — самоповтор. Нет, конечно, никто себя не тешит иллюзиями: рано или поздно творческий человек с этим сталкивается. Только, если раньше у Эдуарда Вениаминовича получалось обогатить старое высказывание или переосмыслить давнишний образ, сейчас любая мысль обрывается на полуслове. Оттого, наверное, в новом сборнике так много коротких, незаконченных, как будто черновых текстов.

Есть сияющие в солнце читательских глаз строчки, а порой встречаются и целые стихотворения. Но все они опять же о былом...

Подробный разбор читайте по ссылке.