Нянька

Поразительно, как дети обнаруживают полное отсутствие любознательности по отношению к грамматике, арифметике и чистописанию. Из тысячи ребят нельзя найти и трех, которые были бы исключением…

- А! И ты здесь. И уж с утра апельсин жрешь. Проворный. А зачем шкурки на пол бросаешь?

• Что вы, Анна Матвеевна! Я, собственно, бросал их не на пол, а наоборот, в потолок... но земное притяжение... сами понимаете! Деваться некуда.

- Отчего я такой сильный? Исключительно от сахара. Да еще сырую морковь ем, как заяц. Поэтому медный пятак мне согнуть в трубку ничего не стоит.

• Ну, вот тебе пятак - согни его.
• Зачем же его портить, - хладнокровно говорил Новакович, опуская пятак в карман, - он мне на трамвай пригодится.
• Экий ты, братец. Ну, вот тебе еще пятак - согни.
• Вот спасибо. На первый пятак я проеду только туда, а на второй смогу вернуться обратно.

... незаметно нахлобучилась на беспокойную голову столицы сырая петербургская ночь.

В нём умер Нерон, и слава богу, что умер.

Мы призваны в мир разрушать традиции и создавать новые пути.

Для пятилетнего ребенка протекший год – это что-то такое громадное, монументальное, что как Монблан заслоняет от его глаз предыдущие четыре года. И с годами эти монбланы все уменьшаются и уменьшаются в росте, делаются пригорками, которые не могут заслонить от зорких глаз зрелого человека его богатого прошлого, ниже, ниже делаются пригорки, пока не останется один только пригорок, увенчанный каменной плитой да покосившимся крестом.

– Какие у меня мозги?
– Замечательные! Галилей, Коперник, Ньютон и Эдисон – причудливо соединились в твоей черепной коробке.
– Не люблю грубой лести. Сиди.

Смех сквозь невидимые миру слёзы.