Женщины. Разговор не о мужчинах

Феминизм не участвовал ни в каких войнах. Он не убивал своих оппонентов. Он не создавал концентрационных лагерей, не морил врагов голодом, не совершал никаких жестокостей. Феминизм боролся за образование, за право голоса, за улучшение условий труда, за безопасность на улицах, за службы ухода за детьми, за социальные пособия, за кризисные центры для переживших изнасилование, за убежища для женщин, за реформы законодательства. Если кто‑то говорит: «О нет, я не феминистка», спросите: «Почему? В чем ваша проблема?»

Общественная система, созданная по мужским принципам, их же в первую очередь и убивает, они действительно не выдерживают тот порядок, который сами насаждают. А феминистки хотят этот порядок изменить. Но совсем не так, как боятся мужчины. Феминистки не «хотят править миром». Они не хотят «порабощать мужчин». Страх «порабощения» сочинен теми мужчинами, которые ставят свою идентичность в прямую зависимость от дискриминации женщин. Такие мужчины опасаются, что женщины, став свободными, будут относиться к ним так же, как относятся к женщинам мужские шовинисты, — унижать, обесценивать, отбирать права. Когда противники феминизма говорят о порабощении, они думают о том, что женщины станут ведущими политиками и учеными, займут большинство управленческих постов в крупных компаниях, а мужчин будут унижать, пропагандируя идею о том, что мужики пригодны только для примитивного труда и от природы обладают ограниченным интеллектом, а потому их главная задача — помогать женщинам и доставлять им удовольствие. Иными словами, «женщины‑поработители» будут заниматься тем же, чем уже успешно занимаются мужчины последние несколько тысячелетий. Какой кошмар!

Не надо быть совершенством, не надо становиться примером. Не надо делать вид, что у феминизма есть ответы на все вопросы и что он всегда прав. Можно западать на розовый цвет, носить каблуки, любить мужа, воспитывать сына, танцевать слоу, не разбираться в технике и не отличать по цвету проводов фазу от ноля. Все это не мешает видеть несправедливость общественного устройства, когда все высокие места достаются мужчинам, а вся работа по обслуживанию — женщинам. Сначала надо просто увидеть этот гендерный перекос и задаться вопросом о его причинах. А потом искать ответ на него или вместе с теми, кто уже прочитал какие‑то книги по феминизму или в одиночку изобретать «велосипед» — что тоже правильно, потому что не бывает раз и навсегда данных ответов, подходящих всем.