Любовник леди Чаттерли

У нас, например, связь, как у разномастных шестеренок, только сцепляемся мы своими воззрениями. А в остальном нас очень мало что связывает. Стоит разъять шестеренки, и мы уже порознь, говорим друг о друге гадости - так заведено у интеллигентов во всем мире.
(Дьюкс)

У зарослей лещины на земле уже показался сочно-зелёный пушок. Деревья молча тужились, выпуская листья из почек. Она чувствовала это всем своим телом: накопившиеся соки ринулись вверх по могучим стволам к почкам и дали силу крохотным листочкам, огненно-бронзовым капелькам. Словно полноводный поток устремился вверх, к небу, и напитал кроны деревьев.

Души Платона отправились на небо в колеснице, запряженной двумя рысаками. Теперь бы их отвозил туда фордик.

Бывают же такие люди, обиженные или обделенные, кто никак не приспособится к жизни, и толку от таких людей никакого.

Мужчины, что из благородных, что из простых — все одно, не задумываются, каково женщине, принимают все как должное.

Начинается как типичная романтика между недотрашкой и лесником, но после половины будет подробное изучение женского влагалища с абсурдной пошлятиной

Мужчины не желали женщин, они просто не желали женщин по настоящему.

Но как могла она знать, что она будет чувствовать в будущем году? Как мог кто бы то ни было знать? Как можно было сказать "да" навеки? Маленькое "да", вылетающее в одном дыхании. И почему вы должны быть связанным на всю жизнь это бабочкой-словом?

Вместо того, чтобы целовать и прижиматься к женскому телу - мужчины открывали женщине свои души. Это было большим удовольствием! Но какие холодные души!

То, что глаза не видят, и ум не сознает, не существует.

-Ты знаешь, как флиртуют библиотекари - они спрашивают - можно ли взять тебя на дом...

-Но, конечно, я понимаю женщина просто не способна получать высшее наслаждение от умственной жизни.
-Высшее наслаждение? -переспросила она, взглянув на него. - Неужели этот идиотизм, который ты мне прочел, и есть высшее наслаждение от умственной жизни? Нет уж, спасибо! Я предпочитаю телесную оболочку.

Ничего нет более поразительного, более необъяснимого, чем эта ненависть, которую испытывают мужчина и женщина, совсем недавно так «любившие» друг друга. Она проявляется самым невероятным образом. И причем во всех сословиях. Уборщица, герцогиня, жена полицейского — все ненавидят одинаково.

Это история. Одна Англия вытесняет другую. Шахты обогати-ли дворянство, теперь они же и разоряют его, как уже разорили крестьян. Промышленная Англия сменила сельскую. Одно исто-рическое содержание приходит на смену другому. Новая Англия вытесняет старую. И развитие идет не работой подспудных жизненных сил, а механически привносится извне.

Зрештою, вона не винна: ​​він, як майже всі нинішні чоловіки, кінчав, не встигши почати.