«Пользы от меня маловато. Не столько делаю, сколько доказываю, убеждаю, настаиваю. Хотя и это тоже дело, и очень важное».
«– Корреспондент агентства Юнайтед Пресс Майер иронически заметил: «90 процентов разговоров об искусственном спутнике Земли приходилось на долю США. Как оказалось, 100 процентов дела пришлось на долю СССР».
Данная книга начинается с крика души автора, который, возможно и домысливает диалог между академиком Вишневским и С.П. Королевым, но вкладывает в него все свои эмоции, граничащие с болью. Почему КБ, которое смогло сделать такие отличные спутники, баллистические ракеты и носители; смогло отправить в космос и вернуть человека на землю, почему это бюро не смогло направить часть своей энергии и сил на создание искусственного сердца. Ведь возможно, что тогда бы Сергей Павлович прожил бы еще пару десятков лет… Но не нужен был пролетариям искусственный насос, именуемый сердцем, если он мог продлить жизнь таким, как Королев…
Путь Королева к космосу начинался от банального планеризма. Он сам проектирует и изготовляет свой первый планер. В апреле 1924 года он участвует в заседаниях первой конференции планеристов Одессы. Позже Королева избирают заместителем председателя объединённого кружка, получившего название Черноморской авиагруппы безмоторной авиации. Проблема Сергея Павловича была в том, что, будучи сам человеком порядочным, он привык и других считать порядочными. Вот и поверил он большевикам, которые трубили в своих газетах о серьезном стремлении покорить космос. Вы не поверите, но еще в 20-х годах в Москве было основано Общество изучения межпланетных сообщений (ОИМС). На алтарь агитации большевиками брошены были и труды Циолковского, опубликованные еще при царизме. Если в книге Голованова Королев был представлен скорее, как менеджер крупного звена, то в этой книге показан настоящий Сергей Павлович, показан его талант, как конструктора, так и организатора. Талант человека, способного проникнуть другим людям в сердце, путем потери собственного здоровья. Сперва большевики думали поиграться с авиацией и наткнулись на небывалый энтузиазм и самопожертвование людей, готовых бесплатно отдать жизнь самолетостроению. И тогда они решили повторить этот же фортель и с космосом. От конструкции планера Королев приходит к созданию Группы изучения реактивного движения, сокращенно, как сейчас говорят, ГИРД. Группа ведет разработку реактивных двигателей для самолетов. Снова и снова, когда читаешь о том, что у конструкторских бюро не было ватманов для чертежей, закрадывается мысль, что все эти КБ и группы были созданы для пускания пыли в глаза проклятым «империалистам». Но, благодаря таким людям как Королев, вскоре пришлось всерьез выводить это направление в отдельную отрасль. Королев разрабатывает такую полезную вещь, как автопилот, но об этом предпочитают не распространяться сильно. А еще складывается такое впечатление, что в то время велась борьба (негласная) между бездарными, завистливыми и криминальными руководителями (Орджоникидзе) и одаренными, стремящимися к прогрессивным технологиям людям (Тухачевский). Тухачевский в итоге был убран с шахматной доски, благодаря слабости, или не решительности того же Сталина. Реактивные двигатели в тридцатых годах уступили пальму первенства ветряным мельницам, проект которых курировал Орджоникидзе, попутно гробящий авиационную промышленность. Королеву, образно говоря, даже не позволили повоевать с ветряками. Его попросту арестовали и отправили по этапу. Потом было участие в тюремном конструкторском бюро под руководством Туполева. Вообще говоря, в то время даже идея жидкостных двигателей не находила отклика в руководстве большевиков. Вероятно, еще не дали добро свое кураторы из-за океана. Псевдо война с псевдо фашистами в Испании показали внезапно большевикам, что наши самолеты не имеют никакого превосходства над немецкими и они начали по чуть-чуть шевелиться. Все эти триумфальные, разовые полеты Чкалова и Громова на АНТ-25 могли одурачить колхозников, но не специалистов. И уж точно не могли обмануть военных специалистов. Но реактивным самолетам снова не давали зеленый свет, не позволяли даже заниматься их разработкой. Но Королев продолжает свои проекты и разрабатывает чертеж и проект самолета-перехватчика с реактивным двигателем РД-1. Это был уже 1942 год. А уже в 1943 Сергей Павлович разработал и построил в Особом конструкторском бюро в Казани авиационный ракетный ускоритель (АРУ), предназначенный для боевых самолетов. И уж точно мало кто знает о том, что еще в 1944 году Королев завершил работу над эскизным проектом специальной модификации самолета-истребителя «Лавочкин-5 ВИ» со вспомогательными жидкостными ракетными двигателями. Подготовил и послал в наркомат предложения: «Необходимые мероприятия для организации работ по ракетам дальнего действия». Но большевики лишь смотрят свысока и только в 1945 году, на правах победителя фашизма, получив от англосаксов милостивое разрешение покопаться в остатках немецкой техники, посылают Королева изучать трофейную немецкую ракетную технику, и составлять и редактировать сборник материалов по этой теме. Успехи американцев с атомной бомбой заставляют большевиков ослабить гайки еще немного. И вот в 1947 году Королев как главный конструктор возглавляет проектирование баллистических ракет дальнего действия Р-1, Р-2, Р-3. И читает лекции на инженерных курсах в Москве: «Основы проектирования баллистических ракет дальнего действия». Все это завершается тем, что в 1957 году с полигона Байконур сделан запуск первой в мире межконтинентальной баллистической ракеты Р-7, созданной в ОКБ; а первый в мире искусственный спутник Земли возвестил миру о начале космической эры человечества! Но пока Королев мечтал о покорении космоса, большевики мечтали о том, чтобы побольше выторговать у американцев при помощи его открытий и достижений. Королева используют, позволяют ему заниматься и строительством ракетных полигонов, и спутников, и конструированием носителей для ракет и бомб. В качестве противовеса Королеву большевики вскармливают других конструкторов, своеобразных антиподов Королева: Янгеля и Глушко. Эти более контролируемые и менее увлекающиеся личности, нежели Сергей Павлович. Но и в этой закулисной борьбе Королев повел себя как джентльмен. «На вопрос Королеву, как он смотрит на выдвижение Янгеля, Сергей Павлович честно ответил: «Хотя отношения между нами не сложились как надо, Янгелю можно поручить самостоятельное дело. Михаил Кузьмич прошел на нашем предприятии путь от начальника отдела, заместителя Главного конструктора до руководителя всего нашего НИИ. Такое не каждому под силу.» А вот ошибочность идей В. П. Глушко, отбросила на много лет строительство тяжелой ракеты-носителя, которая по своим конструктивным оригинальным решениям являла собой новое слово в мировой космонавтике!
Но полеты в космос и все, что с ними связано, никак не коррелировало с реальной жизнью простых людей. А американцы, словно специально подстрекали наших к новым открытиям и достижениям, припрятывая свои, либо вовсе не тратя деньги на пустые полеты в пустоту. Да и зачем было им волноваться, если под их контролем была куча баз в разных странах. А нашим приходилось извращаться при производстве ракет, разрабатывать двигатели носителей, способные донести смертоносный груз на расстояние в 11-12 000 км. А сварочный шов спутника приходилось делать вручную, ввиду отсутствия сварочных автоматов. А специалистов у Королева периодически забирали, а взамен присылали необученных новичков из дальней Сибири. И люди жили с детьми в бараках, без удобств и без отопления. «– Да все хорошо. Детьми довольна, помогают мне. Вот только... – замялась Марина Борисовна.
– Что только?
– Комната маленькая у меня в бараке, а дети подрастают. Крыша течет все время, да и прогреть тяжело комнату-то, печка старая, давно не перекладывали, дымит.»
И эти люди покоряли космос. Кстати, после того, как Королев устроил скандал и пообещал женщине квартиру, то его снова обманули. «Указание Главного не выполнили. Работнице дали одну комнату, а предназначенную ей квартиру передали другому человеку.» На строительство космодрома сгоняли по лимиту всех подряд с разных концов страны. Но самым печальным было то, что люди сами не понимали, ради чего весь этот шум! «После войны пятнадцати лет не прошло. Толком поесть людям нечего, да и одеться не во что. Ну, коли так приспичило с космосом-то, надо выбирать из всех зол меньшее.» Но еще печальнее читать о том, что спутник, так героический запущенный Королевым, попросту болтался без дела в космосе. Целый Астрономический совет АН СССР даже на соизволил оформить заказ-наряд на изготовление наблюдательных приборов для спутника. И никаких наблюдений академики даже не планировали делать! А вот бравые капиталисты ухитрялись делать себе рекламу даже на результатах и достижениях СССР. Один французский винодел, например, опубликовал заметку в газете о своей фирме и о том, что он обещал 1000 бутылок своей продукции тем, кто первым увидит обратную сторону Луны. 1000 бутылок была отправлена, якобы, в адрес АН СССР. А еще все газеты мира хвалили и хвалили советское правительство и советских космонавтов. Американцы сами себя бичевали и признавались в своей некомпетентности. Вот только никто не говорит, что пока наши покоряли космос, который нельзя покорить а-приори, американцы тратили деньги на авианосители для баллистических ракет и наращивали свое вооружение. А нашим даже полет космического корабля приходилось подстраивать таким образом, чтобы посадка ни в коем случае не произошла за территорией СССР. А реклама у большевиков была все больше однотипная: например, прием в партию на орбите. Всем капиталистам назло.
А потом Сергей Павлович Королев, человек, который проложил человечеству путь в космос умирает в советской больнице. Его оперирует сам министр здравоохранения, словно специально для того, чтобы продемонстрировать никчемность советской системы здравоохранения. А рядом с министром был академик Вишневский и тоже ничем не мог помочь. Королев умер на руках людей, которым ошибочно доверял. А те ошибочно доверяли своим подчиненным. «Весь трагизм положения своего пациента Петровский, к сожалению, понял только на операционном столе. В этот момент он осознал, что поступил опрометчиво, доверившись заключению врачей, не перепроверив их диагноз «кровоточащий полип».
– Саркома, запущеннейшая саркома... будь она проклята, – не в состоянии остановить кровотечения, трясущимися губами повторял хирург.» Вот такой вот космос человеческих взаимоотношений. Некрологом для Сергея Павловича стал состряпанный едва ли не на коленке диагноз его смерти. «Глаза Вишневского застилали слезы, он как в тумане взглянул на подсунутую ему для подписи бумагу и с трудом прочитал:
«...тов. С. П. Королев был болен саркомой прямой кишки. Была произведена операция». «Нет, все это как-то не так, где же вы раньше были?.. – Слезы мешали смотреть. – ...смерть наступила от сердечной недостаточности (острая ишемия миокарда...)».
Зато из некролога, опубликованном в газете «Правда» советские люди наконец-то узнали, кого прятали от них большевики под именем «Главный Конструктор»…
P.S. По подсчетам советских экономистов, теперь каждый рубль, вложенный в космонавтику в соответствии с государственными планами экономического и социального развития, возвращает обществу свыше пятнадцати рублей. Аминь!
4 понравилось
