Любовь к жизни. Рассказы

Несмотря на все это, он был удивительным явлением для рыбаков с дельты великого Юкона: всю жизнь перед глазами у них было Берингово море, и они видели только двух белых — переписчика населения и заблудившегося католического священника. Они были народ бедный — ни золота в их земле не было, ни ценных мехов на продажу, поэтому белые и близко не подходили к их берегу.

«во всей его повадке была очаровательная смесь смирения, непринужденности, хладнокровия и нахальства».

Полдня он лежал неподвижно, борясь с забытьем и сторожа волка, который хотел его съесть и которого он съел бы сам, если бы мог.

Он шел следом другого человека, того, который тащился на четвереньках, и скоро увидел конец его пути: обглоданные кости на мокром мху, сохранившем следы волчьих лап.

— Ну, что ты, черт возьми, нашла в нем? У него было много денег, знаю. Но ведь и мы с тобой жили, можно сказать, с комфортом. Практика давала мне в среднем тысяч сорок в год, [...] В сущности, тебе не хватало разве только собственных яхт и дворцов.
— А знаешь, я кажется, сейчас поняла, в чем дело. [...] ты был слишком занят своей практикой и мало думал обо мне.

когда человек берет кого-нибудь в долю, потом ему бывает жалко поделиться даже половиной добычи

нам казалось, что мир — это острова, и мы привыкли к этой мысли