– Не принимай все близко к сердцу, – тихо посоветовал он. – Ник – парень. А все парни тупые. Поверь мне. Я парень и иногда веду себя глупо.

Я проведу с тобою вечность

- Ты и я нашли друг друга. Несмотря ни на что. И теперь есть мы. - Ник прижался лбом к моему. - Это все, что нам сейчас нужно.

Я на самом деле забеременела. В моей духовке пеклась булочка. Я залетела.

За плечами Ник таскал такой багаж, за который авиакомпании взяли бы отдельную плату.

– У моего влагалища есть специально выделенная посадочная полоса для него. – Боже мой, – прошептала Рокси и хихикнула. – Зачем я это представила? Как теперь развидеть это?

Если бы мне давали доллар каждый раз, когда просили улыбнуться, то денег у меня уже было бы больше, чем у английской королевы.

Я редко плачу. Меня бы никто не назвал эмоциональным человеком. Ну, если только я не  вижу какой-нибудь ролик защитников животных, особенно тот, где звучит песня Arms of an Angel . Тьфу. Именно тогда я обнаружила, что у меня под глазами скрываются крошечные ниндзя-уничтожители лука.

– Когда наши глаза вчера встретились, я уже с легкостью мог сказать, что ты из тех девушек, которые останавливают движение, как только выйдут на улицу. И знаешь это. В твоих движениях нет никакой застенчивости. – И ты смог определить это, просто посмотрев мне в глаза? – Я фыркнула. – На самом деле я мог бы сказать это, просто взглянув на те крошечные шорты, которые ты надела вчера, – объяснил он, удивляя меня. 

Несчастье – это всегда трагедия, несмотря ни на что. Но я узнала, оно не определяет, кто мы, и не делает нас слабее. Оно делает нас сильнее.

– А тебя сложно уломать. – Он наконец опустил руку. – Это потому, что я неуламываемая. Уголки губ Ника приподнялись. – Не уверен, что есть такое слово. – Ты кто? Грамматический полицейский?

Улыбка Рокси казалась слишком сияющей, слишком широкой. – Прости, что он так грубо помешал нам. Он социально ущербный.

«Скажи мне, что ты хочешь быть со мной, несмотря ни на что. Скажи мне, что ты все ещё видишь наше совместное будущее. Скажи, что любишь меня.»
Ник говорил мне это множество раз за последние два месяца, но в этом поцелуе было обещание. Обещание, что так будет всегда.

– Но мы сейчас говорим о том, что тебе все же следовало отыскать свои яйца и сразу все высказать мне.
– У меня нет яиц, – с ехидством сказала я.
– Тогда тебе следовало отыскать свою оплодотворенную яйцеклетку, – усмехнувшись, сказал он.
Уголок губ изогнулся, и у меня вырвался смешок.
– Оплодотворенную яйцеклетку?
Его улыбка стала шире.
– Это следующая по значимости вещь после яиц.

«Мы сделаем все, что в наших силах».
Так говорят, когда жизнь преподносит тебе плохое.

— Ничего не случилось бы.

— Да, но у жизни есть множество способов доказать обратное.

Не думаю, что осознаешь, насколько важны друзья, пока не уезжаешь куда-то, где нет ни одного из них.

Несчастье – это всегда трагедия, несмотря ни на что. Но я узнала, оно не определяет, кто мы, и не делает нас слабее. Оно делает нас сильнее.

– Думаю, я мог бы провести так годы.
– На коленях? – Мой голос слегка дрожал.
Один уголок его губ дрогнул.
– Да, если ты стоишь надо мной.