Да, всё рушится, как только кто-нибудь вздумает присвоить себе власть.

Если для человека справедливость неосуществима, то пусть лучше сгниёт всё человечество.

Десять решительных молодцов могут сделать гораздо больше, чем целая толпа.

Разве не ужасно, что целое поколение мужчин, от отца к сыну, издыхает на дне шахты для того, чтобы министры получали взятки, а знатные господа и буржуа задавали пиры и жирели в тепле и холе!

Когда женщины гурьбой выходили на дорогу, обычно начиналась беда.

Когда люди знают, что правда на их стороне, это придаёт им духу, и в конце концов они всегда своего добьются.

Начинались страшные дни, но голодные встретили их без единой жалобы, со спокойным мужеством повинуясь принятому решению. Несмотря на муки свои, все полны были надежды, благоговейной, фанатичной веры, самоотверженности людей, убеждённых в предстоящей победе. Им обещали, что настанет эра справедливости, и они готовы были пострадать ради завоевания всеобщего счастья.

Всё между собою связано, достаточно одного отдалённого толчка, чтобы поколебалось равновесие во всём мире...

- Да если бы ещё правду священники говорили, что беднякам на том свете хорошо будет, а богачам - плохо.
Её слова прервал взрыв хохота...

• Э-эх! Попы чего не наговорят! - воскликнул Маэ. - Если б они в это верили, так поменьше бы жрали да побольше работали, чтоб хорошее местечко получить в раю. Нет, коли помрёшь, так не воскреснешь.

Нет, ничто не бывает кончено навсегда. Достаточно искорки счастья, и начнется все заново.

Сказывалась фламандская кровь: нужны были долгие месяцы, чтобы она вскипела, но уж если эти миролюбивые люди приходили в исступление, оно толкало их на неслыханные жестокости и не стихало до тех пор, пока они не утоляли своей ярости.

Им дают палец, а они хотят всю руку.

Все предрасполагало его к бунту, влекло к борьбе труда против капитала; он был невеждой, зато полон мечтаний неофита.

не следует поминать о чужих несчастьях, а то и с тобой беда стрясется.

он все задавался вопросом, на который не мог ответить: почему он не убил Шаваля, когда тот, поверженный, был в его власти? И почему этот мальчик зарезал солдата, не зная о нем ничего, даже его имени? Это переворачивало его взгляды на революционное насилие: "Надо иметь мужество убить, но надо иметь право убить".

Нельзя было допустить, чтобы бывшие товарищи убили друг друга. Раснер все порывался вмешаться. Тогда Суварин взял его за руки и, подведя к столу, сказал:

• Это тебя не касается... Один из них лишний на земле. Кто сильнее выживет.

принцип равенства, словно острая коса, под корень срежет все несправедливости.

Надо помнить: с сильным не борись, с богатым не судись, - будь осторожен.