Сказки старой доброй Англии

Когда сталкиваешься с чем-то непонятным, вовсе не обязательно сваливать это на злых духов! Или даже на добрых.

Нужно быть добрым со всякой Божьей тварью – и терпеливым с ее хозяином. Но понимаешь это слишком поздно.

Но даже там – на голой, мокрой скале – на краю гибели! – христианский епископ сказал мне, язычнику: останься верен отцовским богам. И теперь я говорю вам: вера, которая осуждает предательство, даже если ценой предательства ты спасешь свою душу, – это правильная вера.

А Пэдда, прежде чем снова кинуться в море, всякий раз прижимался к хозяину и нежно урчал, и по щекам у него катились слезы! Я и не знал, что тюлени тоже плачут от счастья… совсем как мы.

Заискивать перед Богом (любым богом!) ради выгоды – хуже не придумаешь.

И он постучал по нижнему краю самого громадного из пяти больших колоколов. Гулкий стонущий звук волнами заходил по колокольне, то вверх, то вниз, будто мурашки по спине. Наконец, когда слушать его стало уже почти больно, звук исчез, рассыпавшись на тонкие жалобные вскрики, точно кто-то потер мокрым пальцем стеклянный бокал.

– Жизнь вообще полна чудес… и все же мне представляется сомнительным, – архиепископ задумчиво повертел на пальце тяжелый перстень, – да, в высшей степени сомнительным, что чудо происходит всякий раз, когда нерадивые или недальновидные люди объявляют о своем намерении начать новую жизнь, если им за это заплатят.

– Хорошо бы она опять сыграла те мелодии, – вздохнула Уна. – Помнишь, такие плавные, кружевные, будто узор из патоки на каше.

Старые дураки глупее молодых.

Удержишь поместье – твое счастье. Погибнешь – туда тебе и дорога!» – И он поскакал со двора, погромыхивая щитом, привязанным сзади к седлу.

Вот так, милые мои, я и остался в поместье с маленьким отрядом в тридцать человек, сам еще почти мальчишка, в первый раз побывавший в бою два дня назад. Не зная ни страны, ни языка людей, среди которых очутился, я должен был удержать поместье, которое у них же и захватил.

Человек может обмануть бога, но мужчина не может обмануть женщину.

Ибо как может человек обрести мудрость, если он полон ненависти?

Они, казалось, во всем были согласны между собой, но когда взрослые согласны, они перебивают друг друга не меньше, чем когда ссорятся.

Наполни смыслом каждое мгновенье
Часов и дней неумолимый бег.
Тогда весь мир ты примешь как владенье,
Тогда, мой сын, ты будешь ЧЕЛОВЕК.

Моя матушка говорила, что тимьян помогает от всякой хвори, кроме одной - вот не припомню - не то сломанной шеи, не то разбитого сердца...

Кто метит в императоры, должен знать обо всем.

- Меня учили немного танцевать, но, по правде говоря, я ничему не выучилась.

• Этому стоит учиться! - воскликнула дама, шагнув вперед с таким видом, будто собиралась сию минуту приступить к уроку. - Женщине, когда она совсем одна среди мужчин или среди врагов, это дает время обдумать, как ей победить - или проиграть. Пока мужчины развлекаются, женщины должны действовать.

«Выше нос, мон ами! – говорит он. – Кушать подано».

«Не могу я есть, – говорю. – Ничего не могу. Нет больше моих сил!»

«Ба! – говорит он. – У человека всегда есть силы. Взять хотя бы меня. И двух лет не прошло, как я взлетел на воздух в заливе Абукир (я плавал тогда на «Ориенте») и с размаху шлепнулся в воду. А посмотри на меня сейчас!»

Смотреть-то было, собственно, не на что. Старик Мэнгон был одноногий и одноглазый, но держался и вправду молодцом.

Днем я бегал из конторы в контору в поисках правосудия, а в ответ выслушивал речи о свободе и равенстве.