Life, the Universe and Everything

- Игра, которую вы именовали крикетом, -проговорил он, точно из жерла преисподней, - от-носится к числу забавных капризов родовой памяти, благодаря которым многие концепции и образы про-должают жить в сознании, хотя их истинный смысл потерян во мгле времен. Из всех цивилизаций и пле-мен Галактики только англичане могли воскресить воспоминание о самых ужасных войнах в истории Вселенной и превратить его в чрезвычайно замыс-ловатую, нудную и бесцельную игру. Извините, но таково общее мнение о ней. Мне крикет вообще-то нравится, - добавил он, — но на взгляд большин-ства, вы в наивности своей создали ужасную пош-лость. Особенно этот момент, когда нужно угодить в калитку маленьким красным мячиком. Настоящее издевательство.

Взамен она направила корабль на Аллосиманиус-Синеку, планету льдов, снега, умопомрачитель ных красот природы и ужасных морозов. Подъем по горным тропам со снежных равнин Лиски до вершины Хрустальных Пирамид Састантуа долог и утомителен, даже при наличии реактивных лыж и упряжки синекских снегодавов, но открывающаяся сверху панорама: Ледники Безмолвия, мерцающие Призматические Горы и хоровод призрачных ледя-ных светляков вдалеке вначале замораживает разум, а потом медленно возвышает его к еще невиданным высотам наслаждения прекрасным. Триллиан казалось, что это-то ей и требуется после всего пережитого.

Теория и практика путешествий во времени пространно описаны в соответствующих статьях «Большой Галактической Энциклопедии». Правда, эта наука темпоральных перемещений недоступна для всех, кто не изучал высочайшую гиперматематику по крайней мере в течение четырех жизней. Поскольку до изобретения самой машины времени подобный студенческий подвиг был просто физически невозможен, совершенно непонятно, каким образом люди изначально умудрились эту машину изобрести. Есть гипотеза, что машина времени, как ей и положено по определению, была изобретена во всех эпохах одновременно, но это явная чушь.
Вся беда в том, что масса исторических событий тоже оказалась явной чушью.

башнеобразного черепа.
В одно прекрасное утро мою планету взорва-ли, сказал Артур (неожиданно для себя он принялся рассказывать гномику всю свою жизнь или по крайней мере се избранные главы), вот почему я так одет, в одном халате. Понимаете, всю мою одежду взорвали вместе с планетой. Я как-то не предвидел, что попаду на вечеринку.
Гномик закивал.
-Потом меня выбросили за борт звездолета. Прямо в халате. Хотя уместнее был бы скафандр. А вскоре я узнал, что моя планета была построена спе-циально для кучки мышей. Можете себе представить мои чувства. Потом меня опять обстреляли и пыта-лись взорвать. Собственно, это уже абсурд какой-то. То и дело обстреливают, взрывают, расщепляют на атомы, лишают чая, а не так давно я потерпел кру-шение в болоте и был вынужден пять лет ютиться в сырой пещере.