Рецензия на книгу: «На переломе. Экономическая перестройка в СССР». Авторы: Николай Шмелёв, Владимир Попов.
Захотел прочитать что-то фундаментальное по экономике и наткнулся на "Принципы экономики" Томаса Соуэлла. С удивлением обнаружил, что уважаемый господин Соуэлл без затей переписал половину книжки советских экономистов Николая Шмелёва и Владимира Попова. Увидев в ссылках примеры зверски эффективных экономических решений, решил погрузиться в "На переломе".
В книге - критический анализ советской экономической системы, её истории и необходимости радикальных реформ. Самое интересное, что по утверждению авторов, новая экономическая политика (НЭП, 1921–1929) доказала эффективность рыночных, хозрасчётных методов в рамках социализма. За 1921–1928 гг. национальный доход рос в среднем на 18% в год – рекордными темпами. Свёртывание нэпа в конце 1920-х было вызвано не объективной необходимостью, а интересами бюрократического аппарата, стремившегося к неограниченной власти. Коллективизация и переход к административной системе привели к падению темпов роста, голоду и огромным человеческим жертвам.
Административная система (конец 1920-х – середина 1980-х) привела к хроническому дефициту, диспропорциям, низкой эффективности, огромным потерям ресурсов и стагнации. Вспоминаем фразу "принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой" и крепко думаем. Директивное планирование не позволяло точно спланировать миллионы хозяйственных связей и номенклатуру продукции из центра. План становился невыполнимым по каждому пункту, что порождало дефицит, приписки, искажение статистики. Статистические данные СССР систематически завышали рост производства и занижали инфляцию. Альтернативные оценки показывают, что реальный рост был в разы ниже официального.
Далее несколько примеров (в книге их в разы больше):
- План по колготкам:
При фактической потребности в 340 млн пар колготок Минторг заказал Минлегпрому только 310 млн, а по плану 1987 г. было произведено всего 250 млн. В очереди за колготками милиционер авторитетно объяснял: «Цены на нефть упали… Колготки-то мы на валюту покупаем». - Ремонт дороже новой техники:
Затраты на ремонт тракторов в 5–7 раз превышали их первоначальную стоимость. Из почти 3 млн тракторов 250 тыс. не эксплуатировались из-за неисправности. Вместо 1 млн комбайнов колхозам реально требовалось 650 тыс. - «Картошка» как феодальная повинность:
Городских рабочих, студентов и научных работников ежегодно сгоняли на уборку урожая в колхозы. В Узбекистане осенью 1987 г. на полях работали более 700 тыс. школьников и учителей, хотя действительная потребность в рабочей силе составляла всего 50–60 тыс. человек. При этом местным жителям не давали убирать урожай за долю, предпочитая, чтобы 60–70% картофеля пропадало. - Аральское море исчезает, а плановики «не заметили»:
Уровень Аральского моря понизился на 10 м, вода ушла на десятки километров, всё живое погибло. Порт Муйнак перестал быть портом, население района сократилось вдвое. При этом плановики были озабочены типоразмерами и сортаментами. - Ведомственная самообеспеченность:
Министерства возили «свою» продукцию за тридевять земель, не желая получать её от «чужого» поставщика, даже если тот находился ближе. Завод во Владивостоке охотнее заключал договор на поставку литья с минским предприятием своего министерства, чем с соседом за забором.
Особо пикантной мне показалась история со шкурками крота:
«В 1982 г., например, чтобы стимулировать производство изделий из малоценной пушнины, были повышены заготовительные цены на шкурки крота — с 20 до 50 копеек за штуку. Заготовка увеличилась, теперь все базы завалены этими шкурками, промышленность не успевает их перерабатывать, часто они сгнивают на складах. Министерство лёгкой промышленности уже дважды обращалось в Госкомцен с просьбой снизить заготовительные цены, но до сих пор "вопрос не решен".»
Таким образом, централизованное установление цен (даже с благими намерениями) не может оперативно реагировать на изменение спроса и предложения. Цену подняли - возникло перепроизводство, но снизить её обратно не могут, потому что это требует бюрократических согласований, которые длятся годами.
Эти примеры наглядно демонстрируют абсурдность и неэффективность административно-командной системы, её неспособность к рациональному использованию ресурсов и удовлетворению потребностей людей. Плановые показатели корректировались вручную, в обход всякой экономической логики.
Также можно отметить установление курса рубля при Сталине. В 1950 г. эксперты по указанию вождя считали покупательную способность рубля и доллара, подгоняя сравнение под желаемый ответ. Но в итоге даже при таком тенденциозном подходе получилось соотношение 14 рублей за один доллар. Все решил в конце концов синий карандаш Сталина - посмотрев расчёты, он нахмурил брови, перечеркнул цифру "14" и написал: "4 рубля".
Вывод: иногда для разнообразия надо послушать этих "умников" и теоретиков, экономистов всяких, а не только осуществлять мудрое и эффективное руководство.
6 понравилось
