«Враг не так силен, как изображают его некоторые перепуганные интеллигентики.»
«Если советский строй так легко выдержал испытание и еще больше укрепил свой тыл, то это значит, что советский строй является теперь наиболее прочным строем.»
Из интересного в данном томе, прежде всего, обращение Сталина к своему ставленнику Хрущеву, который жаждал все уничтожать на Украине, под предлогом спасения народного добра от немцев. Словно ребенку с синдромом Дауна, добрый Сталин на пальцах рассказывает, что нет никакого смысла уничтожать хлеб, например. Ведь его можно вывезти, раздать населению наконец. «Ваши предложения об уничтожении всего имущества противоречат установкам, данным в речи т. Сталина, где об уничтожении всего ценного имущества говорилось в связи с вынужденным отходом частей Красной Армии. Ваши же предложения имеют в виду немедленное уничтожение всего ценного имущества, хлеба и скота в зоне 100–150 километров от противника, независимо от состояния фронта.» И еще: «Государственный Комитет Обороны обязывает вас, ввиду отхода войск и только в случае отхода, в районе 70-верстной полосы от фронта увести все взрослое мужское население, рабочий скот, зерно, трактора, комбайны и двигать своим ходом на восток, а чего невозможно вывезти, уничтожать, не касаясь, однако, птицы, мелкого скота и прочего продовольствия, необходимого для остающегося населения. Что касается того, чтобы раздать все это имущество войскам, мы решительно возражаем против этого, так как войска могут превратиться в банды мародеров.»
Заводы Сталин-тиран запрещает взрывать. Предлагает лишь «снять с оборудования все необходимые ценные части, станки и т. д.» Вообще, что поражает в этом томе, так именно мягкость Сталина, который буквально клянчит, а не требует. Лишь иногда он угрожает угрожать ослушникам в далеком будущем. Например, директору танкового завода: «Через несколько дней, если вы окажетесь нарушителями долга перед Родиной, начну вас громить как преступников, пренебрегающих честью и интересами своей Родины. Нельзя терпеть, чтобы наши войска страдали на фронте от недостатка танков, а вы в далеком тылу прохлаждались и бездельничали.»
В остальном же, красной линией товарища Сталина в его речах, речевках и статьях прослеживается безумная радость от того, что он получил право именовать себя партнером, или союзником англо-саксов. Быть может надеялся, что дадут ему англичане парик белоснежного цвета, туфли с розочкой и бархатные штаны? В принципе, включает дядя Сталин логику, даже советский строй может быть приемлемым для западных цивилизаций, если будет таскать каштаны из огня для чужих дядь. Иногда Сталин заговаривается и забывает о «вероломном» внезапном нападении немцев. Он рассказывает о том, что немцы не скрывали своих планов никогда, что их целью всегда была Россия, в смысле СССР. Даже Гесс хотел заключить договор с Англией о совместной борьбе с большевиками. Но мы, мол, были начеку. Вот только не совсем понятно, почему же, будучи начеку, вы не спешили наращивать армию, флот и даже готовить офицерские кадры? «Конечно, наша армия и наш флот еще молоды, они воюют всего 4 месяца, они еще не успели стать вполне кадровыми, тогда как они имеют перед собой кадровый флот и кадровую армию немцев, ведущих войну уже 2 года.» Сталин не избегает и конкретных ляпов, граничащих с фантастикой. Так, он смело заявляет, что за четыре месяца войны немцы – те самые, которые опытные и уже два года воюют – потеряли «убитыми, ранеными и пленными более 4 с половиной миллионов человек.» То есть по миллиону в месяц. Дальше дядя Джо производит тонкий математический расчет и заверяет население СССР в том, что до конца войны остается всего лишь миллионов 8 немецких солдат. То есть воевать осталось где-то год, или полтора. И победим мы их точно так же, как не так давно победили царизм. А ведь даже самый вонючий пионер знает и понимает, что «по сути дела гитлеровский режим является копией того реакционного режима, который существовал в России при царизме.» Тут Сталин входит в раж: «Гитлеровская партия есть партия врагов демократических свобод, партия средневековой реакции и черносотенных погромов.» Он называет их прямо: «Вороны, рядящиеся в павлиньи перья. Но как бы вороны ни рядились в павлиньи перья, они не перестанут быть воронами.» И делает вывод о том, что немцы это «гитлеровские дурачки». Это ругательство очень нравится Сталину и он постоянно повторяет его. Повторяет, но не забывает подчеркнуть тот факт, что дурачкам далеко до Наполеона. Ведь имя французского императора свято… «А во-вторых, Гитлер походит на Наполеона не больше, чем котенок на льва, ибо Наполеон боролся против сил реакции, опираясь на прогрессивные силы, Гитлер же, наоборот, опирается на реакционные силы, ведя борьбу с прогрессивными силами.» В общем: « дурачки из Берлина не могут понять, что порабощенные народы Европы будут бороться и будут восставать против гитлеровской тирании. Кто может сомневаться в том, что СССР, Великобритания и США окажут полную поддержку народам Европы в их освободительной борьбе против гитлеровской тирании? ...» Да и вообще, говорит Сталин, кто может победить нас, если «Наши людские резервы неисчерпаемы»! Да и англичане нам техникой помогают. Вместе мы сила! Дальше снова включается песенка про загнивающую Германию: «В Германии теперь царят голод и обнищание, за 4 месяца войны Германия потеряла 4 с половиной миллиона солдат, Германия истекает кровью, ее людские резервы иссякают, дух возмущения овладевает не только народами Европы, подпавшими под иго немецких захватчиков, но и самим германским народом, который не видит конца войны.» Доказательством того, что и сам Сталин не прочь пожертвовать своими близкими ради победы, должно вероятно считаться упоминание приказа об отчислении Василия Сталина. «1) Немедленно снять с должности командира авиационного полка полковника Сталина В.И. и не давать ему каких-либо командных постов впредь до моего распоряжения. 2) Полку и бывшему командиру полка полковнику Сталину объявить, что полковник Сталин снимается с должности командира полка за пьянство и разгул и за то, что портит и развращает полк.»
Снова и снова Сталин расписывается в своих ошибках, или своей мягкости. Гневно клеймит он маршала Кулика, которого сам же произвел в маршалы. Сдал этот подлец в ноябре 1941 года город Ростов, без санкции Ставки и вопреки приказу Ставки. Так говорит Сталин. И, вероятно, за эту заслугу товарищ Сталин направляет Кулика на не менее важную должность – представителем своим на Керченское направление. И результат не заставил себя ждать… «Кулик Г.И., бывший Маршал, Герой Советского Союза и заместитель наркома обороны, будучи в ноябре 1941 года уполномоченным Ставки Верховного Главнокомандования по Керченскому направлению, вместо честного и безусловного выполнения приказа Ставки “удержать Керчь во что бы то ни стало и не дать противнику занять этот район”, самовольно, в нарушение приказа Ставки и своего воинского долга без предупреждения Ставки, отдал 12 ноября 1941 года преступное распоряжение об эвакуации из Керчи в течение двух суток всех войск и оставлении Керченского района противнику, в результате чего и была сдана Керчь 15 ноября 1941» В общем, Кулик оказался еще тем крайним нападающим… «Кроме того, как установлено, Кулик во время пребывания на фронте систематически пьянствовал, вел развратный образ жизни и злоупотреблял званием Маршала Советского Союза и заместителя наркома обороны, занимался самоснабжением и расхищением государственной собственности, растрачивая сотни тысяч рублей на пьянки из средств государства и внося разложение в ряды нашего начсостава.» Вся эта демагогия напоминает очень сильно одну комедию.
С такой же решительностью товарищ Сталин вываливает на публику вместе со своим грязным бельем и белье товарища Ворошилова, который «прос…л» Ленинград. «Товарищ Ворошилов, будучи в то время народным комиссаром обороны, вынужден был признать на Пленуме ЦК ВКП(б) в конце марта 1940 года обнаружившуюся несостоятельность своего руководства. Как выяснилось потом, товарищ Ворошилов не справился с порученным делом и не сумел организовать оборону Ленинграда. Ввиду всего этого Государственный Комитет Обороны отозвал товарища Ворошилова из Ленинграда и дал ему работу по новым воинским формированиям в тылу.» Но потом, товарищ Сталин, снова возвращает Ворошилова на прежнее место. «Желая еще раз дать возможность товарищу Ворошилову использовать свой опыт на фронтовой работе, ЦК ВКП(б) предложил товарищу Ворошилову взять на себя непосредственное командование Волховским фронтом. Но товарищ Ворошилов отнесся к этому предложению отрицательно и не захотел взять на себя ответственность за Волховский фронт, несмотря на то, что этот фронт имеет сейчас решающее значение для обороны Ленинграда»
В общем, вот такая вот литургия. В конце своей творческой работы, а может и не в конце, товарищ Сталин срывается на хвалебную оду Ленину и из книги начинает сочиться сок ладана. «Пусть осенит вас победоносное знамя великого Ленина!» Конец службы. Аминь!
2 понравилось
