Впервые я услышала об этой книге лет пятнадцать назад — на одном, ныне канувшем в небытие ресурсе народ радостно делился воспоминаниями о редких книгах, любимых в детстве, но с незапамятных времен не переиздаваемых. В ту пору я радостно скачала кучу таких книг, некоторые из них стали любимыми, другие показались неплохими, но не более того, какие-то и вовсе вызвали недоумение. «Открытие мира» в то время напугало меня объемом и каким-то безысходным началом, решила тогда, что вполне без этой книги обойдусь…
Тысяча семьсот с лишним страниц, практически «Война и мир», недаром автор писал ее больше тридцати лет. Не так уж много проходит времени — весна и лето 1914, осень 1916-осень 1917, а ощущение, словно вместе с семьей Соколовых мы прожили долгие годы.
Юный Шурка (если считать его ровесником автора, то в начале повестования ему примерно девять лет, а в конце — почти тринадцать) живет в большом селе вместе с матерью и младшим братом Ваняткой, которого ему приходится нянчить, а хочется убежать на улицу, к друзьям. Есть у него и отец, но он где-то на заработках в Питере, и Шурка мечтает, как однажды отец вернется и привезет ему «всамделишное» ружье…
Ясными, чистыми глазами ребенка мы видим картины природы и сельского быта, чудесное, ни с чем ни сравнимое деревенское лето, слышим разговоры мужиков и баб, но они пока что Шурке не интересны, его больше занимают игры со сверстниками, походы в лес по грибы, по ягоды, веселое празднование на тихвинскую.
Поскольку Шурка еще очень мал и охотнее впитывает радостные впечатления, на первый взгляд кажется, что не так уж и плохо жилось крестьянам в Ярославской губернии — вон, и приодеться на праздник есть во что, и подарков отец привез, и праздничный стол неплох…
Но мир, открываемый Шуркой, состоит не из одних радостей. Видит он и разочарование неудачливых односельчан, и ласкового лавочника, умеющего не только ловко обсчитать, но и легко присвоить себе чужую землю, и отчаяние, толкающее на самоубийство, и пьянство, и драки, видит и социальное неравенство, хотя и не понимает пока, что к чему. Видит, что некоторые люди говорят одно, а делают другое, даже отец, казавшийся таким смелым…
Но начинается первая мировая война, уходит на фронт отец, и беззаботное Шуркино детство обрывается — на его плечи ложится множество взрослых забот… Однако и новые радости входят в его жизнь — школа, книги, первая влюбленность. Шурка взрослеет, и уже новыми глазами смотрит на односельчан, оценивает их и делает выводы… Не всегда лестные, но довольно правильные и справедливые. А больше всего нравится Шурке, когда взрослые люди стоят стеной за общее дело, когда помогают друг другу, стремясь защитить самое дорогое, и тогда вместо мужиков и баб словно появляется сказочный непобедимый богатырь...
От других книг о «кухаркиных детях» и о том, как изменила их жизнь революция, которые мне доводилось читать в большом количестве, эта отличается тем, что радости в ней одолевают моменты беспросветного отчаяния, хотя нарисованные картины сельской жизни большей частью от радужных далеки, да и картины после революции не сказать, чтоб благостны, а порой и страшны, и постыдны, и отвратительны. И еще тем, что ее интересно читать и взрослому, который видит дальше и понимает намного больше, чем юный читатель.
Самая светлая — первая книга, чем дальше, чем тяжелее и драматичнее, тем менее детской становится история, а две последние книги и вовсе не детские. Шурка и его друзья все еще держатся за наивное свое озорство и ребячество, но взросление неизбежно, а бущующие в селе бури лишь ускоряют этот процесс. И да, в двух последних книг революционные процессы серьезно заслоняют милое очарование деревенского детства и перед читателем разворачивается вполне достоверная картина разброда взглядов, неразберихи и произвола, что царила тогда в головах. Тут и эсеры, и анархисты, и большевики. "Ну куды крестьянину податься?", как говорилось в старом фильме. И хотя кончается эпопея на вполне мажорной ноте, отрешиться от тревоги за судьбу Шурки и его семьи не получается - и читатель, и писатель знают, что впереди гражданская война, голод, коллективизация... Должно быть, у Василия Смирнова просто не хватило сил провести своих героев через все эти испытания.
39 понравилось
