Коллекционер

Георгий Дионисович Костаки – выдающийся коллекционер XX века. В своих автобиографических заметках он описывает детство и юность, особый патриархальный уклад жизни греческой семьи в Москве, годы революции, эпоху НЭПа и драматические 1930-е годы. Его увлечение собирательством икон, живописи «малых» голландцев и фарфора вскоре сменилось настоящей страстью и особого рода исследовательской деятельностью, направленной на изучение и коллекционирование произведений художников русского авангарда – М. Шаг...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,9

11 оценок

5
91%
4
9%
3
0%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 11Хотят прочитать 54

Рецензии

amos9012 ноября 2016 г.
Хитрый грек
Вот ведь как бывает: на прошлой ярмарке я не стал жадничать и купил этот роскошно изданный к юбилею Георгия Костаки альбом. А сейчас пишу то ли рецензию, то ли отзыв о книге, где этот в высшей степени незаурядный человек выступает в контексте эпохи. "Хитрый грек" - так называли не получившего систематического образования сохранившего греческое подданство в советской России Костаки его многочисленные знакомые и друзья, так как Костаки умел, что присуще грекам, правильно вести дела и тем вошёл в легенду русского искусства. "Коллекционер" - это формально автобиография Костаки, но это и путь его собирательской деятельности, а это уже читается, как арт-детектив. Удивительным образом работавший шофером в греческом посольстве Костаки начал собирать находившиеся под тотальным запретом в СССР работы художников первого русского авангарда: из книги мы узнаем, как в его коллекцию попадали работы Ольги Розановой, Любови Поповой, Климента Редько, художников круга Малевича. Костаки спасал эти картины от уничтожения, вытаскивал из забвения.
Представить себе экспрессионистские взрывы авангарда посреди строго регламентированных работ соцреализма было совершенно нереально, но Костаки упорно искал - по чердакам, подвалам, заброшенным дачам и антресолям - картины заклейменных формалистами Малевича и Филонова, Ларионова и Кандинского, чью ценность мы понимаем только в последние 30 лет, а странный грек интуитивно почувствовал их важность не только для России, но и для мирового художественного процесса. Костаки безыскусно рассказывает, как разрасталась коллекция, как в ней появились работы новых гонимых, художников-нонконформистов 1960-х годов: Зверева, Рабина, Вейсберга.
Безусловно, Костаки понимал значение и уникальность своего собрания: с болью он рассказывает о своём вынужденном отъезде из СССР и передаче в фонды Третьяковской галереи лучшей части своей коллекции. Георгий Дионисович успел дожить, даже тяжело болея, до конца 1980-х годов, когда русский авангард был официально разрешен и признан в СССР, а на монографических выставках того же Малевича картины из собрания Костаки были одними из самых важных. Я надеюсь, что со временем воспоминания Георгия Костаки оценят: уже сейчас, на мой взгляд, это незаменимый помощник в изучении того грандиозного явления, чем был русский авангард первой четверти ХХ века, а хитрый грек Костаки оказался его верным стражем.
Читать далее
6
340
reader-538954031 октября 2024 г.
Страсти по русскому авангарду. "Коллекционер" Георгий Костаки
Книга “Коллекционер” – это собрание автобиографических заметок самого Георгия Дионисовича Костаки, как понятно из названия, коллекционера и по совместительству спасителя русского авангарда.
Его путь собирательства особенно удивителен. Костаки интересовали опальные, забытые художники начала XX века. Обвинение в формализме, универсальное средство уничтожения всплесков индивидуальности, хорошо потерло память современников. Через каких-то 20-30 лет имена Поповой, Кандинского, Малевича, Шагала, Татлина и многих других, кто еще вчера делал революцию в искусстве, были почти полностью забыты в Стране Советов.
Так, переоткрывая непонятную живопись, Георгий Костаки сам оказался в авангарде грядущего мирового интереса к русскому искусству начала XX века.
Все началось в 40-х годах прошлого века, когда Георгий Дионисович Костаки увидел у кого-то в гостях авангардную работу. Он испытал состояние близкое к шоку. Тут надо сказать, что собирать искусство Костаки начал в 30-х годах. Тогда это были «банальные» фарфор, серебро и картины старых голландцев. Для сотрудника греческого посольства, пусть даже и обычного шофера, дело вполне доступное. Но подлинная страсть, ставшая делом жизни, быстро сменила вектор интересов коллекционера. Он вспоминал:

И вот я купил картины авангардистов, принес их домой и повесил рядом с голландцами. И было такое ощущение, что я жил в комнате с зашторенными окнами, а теперь они распахнулись и в них ворвалось солнце.
К концу 70-х годов в коллекции Костаки было уже около 5000 предметов искусства, большую часть из которых составляли представители русского авангарда. Стоимость ее приближалась к 100 млн. долларов.
Когда Георгий Дионисович принял решение эмигрировать с семьей в Грецию, на историческую родину, условием вывоза коллекции из страны стало требование передать половину Третьяковской галерее.
«Коллекционер» — это исповедь, автобиография, воспоминания, монолог человека, поймавшего удачу за хвост и нашедшего страсть всей своей жизни. Книга читается на одном дыхании и полна интересных, порой курьезных случаев из жизни коллекционера. Она рассказывает о Шагале за 15 рублей, о полотне Любови Поповой, использованном как фанера для окна, и о женах, возвращающихся домой без шуб — ведь на пути встретилось очередное сокровище, которое просто нельзя было не купить. Но главное, это история о смелости понять и полюбить отвергнутое, а также о безупречной интуиции.
Читать далее
2
120

Все рецензии

Цитаты

Razdray2 сентября 2024 г.
Вот я купил картины авангардистов, принес их домой и повесил рядом с голландцами. И было такое ощущение, что я жил в комнате с зашторенными окнами, а теперь они распахнулись и в них ворвалось солнце. С этого времени я решил расстаться со всем, что успел собрать, и приобретать только авангард.
7
80
Razdray3 сентября 2024 г.
Я встретил в Америке одного человека, который мне показал большого Мондриана и сказал, что купил его за 500 долларов. Я видел людей, которые покупали по 70. по 80 долларов Пауля Клее. Когда я бывал за границей в 1955-56 годах, таких художников, как Кубка, можно было накупить полчемодана всего за несколько тысяч долларов.
6
25
Razdray2 сентября 2024 г.
В тридцатые годы, вплоть до Второй мировой и даже в первые послевоенные годы цены на антикварные произведения искусства в России были баснословно низки. Это и понятно. Разоренная интеллигенция вынуждена была продавать вещи, накопленные семьей за десятки, если не за сотни лет, еще дедами и прадедами.
6
15