
Аудио
99 ₽80 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Второй сборник рассказов Джека Лондона почти ничем не отличается от первого. Всё те же бескрайние ледяные пустыни и те же суровые люди. Если перемешать рассказы двух этих сборников, то восстановить их оригинальное наполнение будет попросту невозможно. И раз уж, в своей прошлой рецензии, я уже высказал своё отношение к этому творческому этапу Лондона, [сын волка], то мне остаётся только добавить несколько штрихов.
Какие отличия можно в двух этих сборниках найти (ну или придумать)?
Во-первых, мне показалось, что в сюжетах второго сборника большое место уделено религии. Религии русской, религии западноевропейской, религии местных народов, магии, суевериям, etc. И не случайно, уже в первом рассказе, один из коренных обитателей Севера так активно воюет со священнослужителями.
Во-вторых, автор очень серьёзно затрагивает образ женщины, рассматривает его силу и противоречивость. И это не только любовные линии, в которых женщины входят в противостояние друг с другом, но и сюжеты с противостоянием женщин с природой; сюжеты, сравнивающие женщин и мужчин, попавших в тяжелые условия существования; Ода женщинам, которые молча преодолевают адские трудности, пока некоторые мужчины плачут и беспрерывно нудят о суровости окружающего их бытия.
В-третьих, мне показалось, что истории второго сборника стали более художественными, прибавив в насыщенности, размере и форме.

Довольно суровый северный рассказ Джека Лондона из сборника рассказов «Бог его отцов». В данном рассказе поднимается тема веры в «своего» Бога и готовность пожертвовать всем ради этой веры. И один из главных героев простой старатель действительно жертвует всем ради своей веры: своими людьми, своей семьей, своей жизнью. Потому что он не готов отказываться от «своего» Бога ни при каких обстоятельствах. В тоже время, есть священник, который пропагандирует веру в «своего» Бога, но достаточно легко от него отказывается, как только перед ним появляется выбор: умереть за «своего» Бога или жить, но отказаться от него. Казалось бы, должно быть наоборот: священник должен был умереть за свою веру и «своего» Бога, а обычный старатель должен был выбрать свою жизнь и жизнь своих близких. Но на деле оказалось, что тот, кто больше всех говорил о вере в «своего» Бога (священник) оказался не готов умереть за него, т.е. оказался полным трусом. А тот, кто молчал о своей вере и о «своем» Боге (старатель), оказался куда более мужественнее и достойнее свой веры в «своего» Бога, так как не отказывался от него до последнего, т.е. до конца своей жизни.





















Другие издания


