-Своей смерти?-презрительно переспросил он. -Нет, своей смерти я не боюсь. Я со своей смертью никогда не встречусь: пока я жив, её нет, а когда она придёт, меня не будет. Вот смерть других...

Нет другой страны на свете, в истории которой реки имели бы такое значение, как в истории России. Да, реки честно служили России в прошлом, но в будущем они послужат ей еще лучше, в этом нет у него никакого сомнения…

Пока я жив, смерти нет. Когда смерть придет, меня не будет. Мы с ней никогда не встретимся.

Он благодарен судьбе, что так много странствовал в молодости, что все повидал своими глазами. Он накопил такое множество наблюдений, измерений, записей, цифр, что потом, когда настала пора обобщений, он чувствовал себя совершенно свободно.

Им хотелось летать и сражаться во что бы то ни стало, потому что в эту трудную для страны осень, только летая и сражаясь, они могли жить, не чувствуя за собой вины.

Но, как все уроженцы русского Севера, они издавна тысячью нитей были связаны с Ленинградом. Он всегда поражал их красотой, грандиозностью. Дни, проведенные в Ленинграде, каждый из них считал счастливыми днями, каждый мечтал быть там еще и еще.

Через несколько лет самолеты, на которых мы сейчас летаем, будут стоять в музеях.

Без дела с тоской сладить трудно...

Безделье душу вымотает и до добра не доведёт

Многое, казалось ему, он в своей жизни сделал не так, как надо