Ингерманландские финны. История и судьба

Итак, перед нами простирался Ледовитый океан. Был первый день июля. Караван причалил к Быкову Мысу со стороны залива, где нет морского прибоя и слабее ве[т]ер. Высадка на берег шла в советском духе парадности. Изнуренные путешествием люди осторожно спускались по шатким трапам на твердую землю. В радиотрубке парохода завели патефон, и на все необъятное пространство раздалось:

Широка страна моя родная, Много в ней лесов, полей и рек. Я другой такой страны не знаю, Где так вольно дышит человек.

За три месяца люди увидели всю широту страны, на себе ощутили все прелести каторжного пути в десять тысяч верст. Несмотря на перенесенные трудности путешествия, все радовались, что оно закончилось. Слезы и улыбки на лицах, даже у старушек, едва передвигавших опухшие ноги. Радовал свежий морской воздух. Дышалось вольно, совсем как в песне. Наша воля теперь тоже была безгранична: с севера — бесконечный океан, с юга — просторы тундры. При виде этого величия природы никому пока не пришло в голову, что все это — наша бескрайняя тюрьма.