Best Served Cold

«Врагов своих не бойся, – писал Вертурио. – Бойся друзей».

«Девять десятых войны – это ожидание», – писал Столикус

Хорошая сталь гнется, но не ломается. Хорошая сталь всегда остра и готова к действию. Хорошая сталь не знает боли и жалости, а пуще того – раскаяния.

- А каков, по-вашему, Божий промысел, генерал Коска?

• Мне досадить, давно подозреваю это.

Месть... уж и не знаю, существует ли в мире более бессмысленный, разрушительный и не приносящий никакого удовлетворения мотив?

Ожидание - всегда приятное предвкушение. Покуда кости катятся, результат может оказаться любым.

Любая перемена должна означать новые возможности.

Единственный хороший способ сражаться тот, что убивает твоего врага, а тебя оставляет живым и веселым.

Клянусь, чем больше человеку даешь, тем больше он требует, да еще остается недоволен. Никто не ценит полученного не за что.

Простить может мертвый. Простить можно мертвого. У остальных найдутся дела поинтереснее.

Любовь прекрасная подушка для отдыха. Но только ненависть способна сделать нас сильнее и лучше.

Герoй или злoдей, вoин или yбийца, побeдитель или прecтyпник — рaзницa мeжду ними лишь в том, какой берег реки ты называешь домом.

Любовь и ненависть разделяет всего лишь лезвие ножа.

Люди много говорят, когда им нечего сказать

– Вид у тебя слишком уж счастливый, – услышал он голос Монцы, – для человека, собирающегося рисковать жизнью.
Трясучка открыл глаз, повернулся, улыбаясь, к ней.
– Я заключил с собой мир.
– Хорошо тебе. Эту войну выиграть труднее всего.
– Я не сказал, что выиграл. Просто перестал сражаться.
– Я начинаю думать, что это единственная победа, которая чего-то стоит, – сказала она тихо, скорей себе, чем ему.

– Что-то есть такое в коронах, от чего люди превращаются в дураков.

Свою работу он собирался довести до конца, каким бы горьким тот ни оказался. Как всегда. Некоторые истории, в конце концов, просто не могут заканчиваться хорошо.

Затем скакун помчался вдоль стройных рядов пехоты, и каждый отряд, когда герцог подъезжал, приветствовал его ревом и одновременным вскидыванием копий. Зрелище, возможно, и впечатляющее. Но Монца и зрелища такие видела не раз, и плачевные итоги тоже. Хорошая речь – невеликая подмога, когда тебя втрое превосходят числом.

Пытался все это время быть хорошим, добродетельные пути нахваливал… Себя надеялся убедить, что поступил правильно, когда ушел. Разорвал круг. Но неправильно поступил, это точно. Милосердие и трусость – одно и то же, как вы сами говорите. И круг все вертится, сколько ни старайся. Месть… это не ответ на вопрос. Она не сделает мир честнее и солнце ярче. Но она лучше, чем отказ от мести. Намного лучше, черт побери.

– Нет на свете ничего более прозаичного и менее возбуждающего, чем бордель при свете дня.