Чотири сезони

Энди носил свою свободу как невидимый пиджак, и хотя он находился за решеткой, никогда не походил на заключенного. Глаза его никогда не принимали отсутствующего тупого выражения. Он никогда не ходил так, как большинство здесь — сгорбившись, вжав голову в плечи, тяжело переставляя ступни, словно они налиты свинцом. Нет, не такой была походка Энди...

У него не было ничего, кроме времени…

То, что я скажу об Энди, будет играть важнейшую роль в его дальнейшей судьбе. И он это знал, но нисколько не заискивал передо мной. Я начинал уважать его за это.

Просто надо уметь выщиплять крупицу истины из тонны лжи, пустых сплетен и тех частых случаев, когда желаемое выдается за действительное.

Хочу туда, где тепло и нет памяти.

Не лучше ли (а может, даже и быстрее) продолжить путь на четвереньках? Хотя, ясное дело, ни я, ни кто-то другой из нас не отважился бы на это: «ползает только проигравший» было одним из основных принципов «Евангелия от Голливуда». С пеленок мы усвоили, что настоящие мужчины несгибаемы в прямом и переносном смысле, что суставы с сухожилиями могут скрипеть лишь из-за притока адреналина в кровь, а мускулы подрагивают по той же причине.

Надежда — самая лучшая из вещей. Она никогда не умирает

... можливостей вибору завжди лише дві. Почати жити або почати вмирати.

Тоска по дому - это настоящая болезнь, боль вырванного с корнем растения.