Цитаты из книги Memorial do Convento

..., и если женщина возжелала, возжелает мужчина, а если мужчина захочет, захочет и женщина.

Так уж ведется в этом мире, в одном и том же месте можно познать великое наслаждение и великие муки, ощутить добрый запах здоровых соков тела человеческого и гнилостное зловоние гангренозной раны, чтобы изобрести рай и ад, достаточно всего-навсего познать человеческое тело.

Неугодно Господу видеть на алтарях своих тварей с изъянами.

Благие меры никогда не принимаются во благоверемнье, а бывает, принимаются слишком поздно.

Неправда, будто завтрашний день принадлежит только Господу Богу, неправда, будто людям надобно дождаться дня, чтобы узнать, что несет он им, неправда, будто наверняка знаешь лишь то, что придет смерть, но когда, не знаешь, все это изречения тех, кто не способен постичь знамения, приходящие к нам из грядущего.

Рай небесный и есть то сияние, что таится в мыслях человека, а может, мысли человека и есть истинный и единственный рай.

Обняла мать сына, так крепко обняла, словно была в ней мужская сила, но то была лишь сила сердца.

Тот кто наслаждается, испытывает страдание, равное наслаждению, которое испытывает тот, кто страдает.

Воскресенье день Господень, прописная истина, все дни Господни, они уносят наши жизни, если во имя все того же Господа не унесут нас еще быстрее языки пламени, двойное насилие, сожгли меня, когда я по воле своей и разуму отказалась отдать этому самому Богу плоть и кости, и дух, что поддерживает мое тело, дух, порожденный самим собой, то, чем мир повеял в сокрытый лик, нисколько не отличающийся от явленного очам и оттого никому не ведомый. Как бы то ни было, надо умереть.

Пришло время расплачиваться за излишества, изнурять душу, дабы тело притворилось, что раскаивается, мятежное тело, непокорное тело, заморенное и замаранное тело.

Но у города этого в большей мере, чем у других, рот особого склада, с одного бока жует слишком много, с другого слишком мало, а потому нет промежуточного звена между полнокровным двойным подбородком и исхудалой шеей, между мясистым носом и заострившимся, между пышными ягодицами и плоскими, между набитым пузом и животом, присохшим к позвоночнику. Но Великий пост как солнышко: когда народится, так уж для всех.

Знаю, а откуда, и сам не ведаю, я лишь уста, коими глаголет истина, коли веруешь, больше и не ответишь ничего.

вы уж сами мне скажите, кем быть лучше, повелителем вселенной или этих людей

а ведь для всех этих чувств у каждого в распоряжении одно-единственное лицо, и все эти чувства должны выражаться на оном в гармонии, неудивительно, что вид у придворных такой, будто их донимает боль, тайная и, может быть, непристойная

... Доменико Скарлатти подсаживается к клавесину и играет, но недолго, только пробежал пальцами по клавишам, так касаются чьего-то лица, когда все слова уже сказаны или излишни...

Вдобавок не король, а именно королева без устали молит небо ниспослать ей дитя, и причин тому также две. Первая причина та, что ни один король, а тем более португальский, не просит того, что дать властен только он, и никто другой, а вторая причина та, что поскольку женщина есть по природе своей сосуд приемлющий, то ей самой природой определено быть просительницей и молить Бога как во время девятидневных стояний, так и от случая к случаю.

.. одна только мать думает об умершем сыне, так по разным дорогам и расходятся мысли, и хорошо, иначе не было бы от них спасенья

Внутри у каждого из нас есть дуща и воля, душа уходит из тела со смертью,.. но воля либо покидает человекаеще при жизни, либо расстается с ним в смертный миг, она и есть эфир, а потому субстанция, на коей держатся звезды, .. и совокупная воля всех людей есть та субстанция, которой дышит Бог.

Пришло время расплачиваться за излишества, изнурять душу, дабы тело притворилось, что раскаивается, мятежное тело, непокорное тело, заморенное и замаранное тело, обитающее в грязной свинарне, имя которой Лиссабон