Эйсид Хаус(сборник)

Иногда друзья — самые последние люди, которым можно доверять.

никогда не беги за автобусом или за женщиной. всегда есть еще один за углом

Я был анти-всё и анти-все. Я не хотел видеть людей вокруг себя. Это отвращение не являлось какой-то большой и тревожной болезнью, оно было всего лишь зрелым признанием моей собственной психологической ранимости и нехватки качеств, необходимых для компаньонства.

Для некоторых людей неизбежны определенные виды разочарований.

Это абсолютное дерьмо. Очередная груда дерьма, сквозь которую надо прорваться. И всегда есть больше, больше этого чертового дерьма, сквозь которое надо прорываться. Это никогда не кончится. Говорят, что чем старше ты становишься, тем терпеть становится проще. Я так надеюсь. Я надеюсь, вашу мать .

Принятие желаемого за действительное приведёт тебя в никуда.

Мне нравилось то, что он чувствовал, что понимает меня; с иллюзией силы надо мной он станет дерзким и потому неосторожным. А я выберу момент и вырву из него сердце.

Ненависть — это забавное старое слово, и именно его ты должен употреблять как можно осторожнее.

Тому, кто читает книги, никогда не скучно.

А что было хуже всего — мне было на все насрать.

Я чувствовал, что ее привлекали уродство и цинизм, потому что она считала себя способной изменить людей. Во мне она видела вызов. Раболепное ухаживание Ричарда иногда забавляло ее, но все же он был подобен коротким каникулам, а не постоянному сидению дома, совершенно пресному и скучному.

Социальный работник, который не может быть социальным, это, черт возьми, вообще ни в какие ворота не лезет. Это как спасатель, который ни хрена не умеет плавать. На пушечный выстрел бы к такой работе не подпустил.

Иногда мне кажется, что ее надо защищать от нее самой.

Но дом всегда кажется симпатичнее тогда, когда ты далеко, в особенности через фильтр анаши

И я некоторое время чувствовал себя великолепно. Поразмыслив, почему же я так себя чувствую, я начал чувствовать себя ужасно.

Смех и секс — барометры отношений.

Часто в реальности много чего идет не так. Да и чья реальность то была, если на то пошло?

Так мы и жили – напускная цивильность в контексте обоюдного антагонизма.

в этом мире не осталось надежды