Театральный роман

Д ь я к. Да откуда ты взялся в палате-то царской? Ведь тебя не было? (Бунше.) Батюшка царь, кто же это такой? Не томи!..
Б у н ш а. Это приятель Антона Семеновича Шпака.
М и л о с л а в с к и й (тихо). Ой, дурак! Такие даже среди управдомов редко попадаются... (Вслух.) Ну да, другими словами, я князь Милославский. Устраивает вас это?
Д ь я к. (впадая в ужас). Чур меня! Сгинь!..
М и л о с л а в с к и й. Что такое? Опять не слава Богу? В чем дело?
Д ь я к. Да ведь казнили тебя намедни...
М и л о с л а в с к и й. Вот это новость! Брось трепаться, как так казнили?
Б у н ш а (тихо). Ой, начинается!..
Д ь я к. Повесили тебя на собственных воротах третьего дня перед спальней, по приказу царя.
М и л о с л а в с к и й. Ай, спасибо! (Бунше.) Неувязка вышла с фамилией... Повесили меня... Выручай, а то засыплемся. (Тихо.) Что же ты молчишь, сволочь? (Вслух.) А, вспомнил! Ведь это не меня повесили! Этого повешенного-то как звали?
Д ь я к. Ванька-разбойник.
М и л о с л а в с к и й. Ага. А я, наоборот, Жорж. И этому бандиту двоюродный брат. Но я от него отмежевался. И обратно – царский любимец и приближенный человек. Ты что на это скажешь?
Д ь я к. Вот оно что! То-то я гляжу, похож, да не очень. А откуда же ты тут-то взялся?
М и л о с л а в с к и й. Э, дьяк Федя, до чего ты любопытный! Тебе бы в уголовном розыске служить! Приехал я внезапно, сюрпризом, как раз когда у вас эта мура с демонами началась... Ну, я, конечно, в палату, к царю, где и охранял ихнюю особу.
Д ь я к. Исполать тебе, князь!
М и л о с л а в с к и й. И все в порядочке!

А что вы на меня так смотрите, отец родной? На мне узоров нету и цветы не расту.

Бориса на царство?.. Так он, лукавый, презлым заплатил царю за предобрейшее!.. Сам хотел царствовати и всем владети!.. Повинен смерти!

Иоанн. Пес смердящий! Какое житие?! Ты посмотри на себя! О, зол муж! Дьявол научиши тя долгому спанию, по сне зиянию, главоболию с похмелья и другим злостям неизмерным и неисповедимым!..

Иоанн. Как же ее не любить? Боярыня красотою лепа, бела вельми, червлена губами, бровьми союзна, телом изобильна... Чего же тебе надо, собака?!

Посол. Пресветлейши... вельможнейши... государ... (Кланяется.) Дер гроссер кениг дес шведишен кенигсрейх зандте мих, зейнен трейен динер, цу имен, царь и фелики князе Иван Василович Усарусса, дамит ди фраге фон Кемска волост, ди ди румфоллвюрдиге шведише арме эроберы хат, фрейвиллиг ин орднунг бринген...
Посол. Ди фраге фон Кемска волост... Шведише арме хат зи эроберн... Дер гроссер кениг дес шведишен кенигс рейхе зандте мих... унд... Дас ист зер эрнсте фраге... Кемска волост...

Патриарх. Здравствуй, государь, нынешний год и впредь идущие лета! Вострубим, братие, в златокованые трубы! Царь и великий князь яви нам зрак и образ красен! Царь, в руцах демонов побывавший, возвращается к нам. Подай же тебе, господи, самсонову силу, александрову храбрость, соломонову мудрость и кротость давидову! Да тя славят все страны и всякое дыхание человече и ныне и присно и во веки веков!

Ульяна (в передней). Есть кто-нибудь? Ивана Васильевича не видели? (Стучит в дверь Тимофеева, потом входит.) Здрасте пожалуйста! Его весь дом ищет, водопроводчики приходили, ушли… жена, как проклятая, в магазине за селедками, а он сидит в чужой комнате и пьянствует!… Да ты что это, одурел? Шпака ограбили. Шпак по двору мечется, тебя ищет, а он тут! Ты что же молчишь? Батюшки, во что же это ты одет?

Иоанн, отвернувшись, заводит патефон.

Да что же это такое? Вы видели что-нибудь подобное? Он угорел? Батюшки, да у него на штанах дыра сзади!… Ты что, дрался, что ли, с кем? Ты что лицо-то отворачиваешь? Нет, ты синячищи-то покажи!
Иоанн поворачивается.

Голубчики милые!… На кого же ты похож? Да ты же окосел от пьянства! Да тебя же узнать нельзя!

Иоанн. Ты бы ушла отсюда. А?

Ульяна. Как это – ушла? Ты на себя в зеркало-то погляди!… В зеркало-то погляди!

Иоанн. Оставь меня, старушка, я в печали…

Ульяна. Старушка?! Как же у тебя язык повернулся, нахал? Я на пять лет тебя моложе!

Иоанн. Ну это ты врешь… Погадай мне, старая, погадай насчет шведов.

Ульяна. Да что же это такое?