Чего же ты хочешь?

А книга-то очень актуальна сегодня. Пожалуй, не припомню случая, когда события в романе, написанного в советское время, так явственно узнавались в сегодняшнем дне. Конечно, в этой книге столкнулись две системы: советская и капиталистическая. И я, прочитав эту книгу лет 30 назад, именно так и видела сюжет. Теперь эта книга видится мне немного иначе, а именно как столкновение коллективного Запада и России. И такое столкновение всегда было, как только образовалась Россия, и всегда будет. Запад не успокоится, пока не уничтожит Россию. От того, социализм, капитализм или царизм в нашей стране, противостояние не уменьшится. Не поменяются и формы этого противостояния. Всё так же будут к нам шастать западные девицы, эмигранты и предатели, навязывая свои видения жизни. А нам очень важно ответить правильно на вопрос, который Генке, юному герою романа, задал бывший нацист, бывший русский Петр Сабуров, известный в России в 1967 году, когда происходят книжные события, как Умберто Карадонна:"Чего же ты хочешь?" Это не праздный вопрос. И дело тут вовсе не в нашем общественном строе или правителе. В книге верно сказано, что Россия - для людей. Без людей не было бы нашей страны. Книжный Генка, так любивший жизнь в праздном её проявлении, не ответил на этот вопрос. Мне думается, пройдет ещё немного времени, и он найдёт ответ, и соответственно будет воспитывать своих детей. А сюжет книги прост. Группа иностранцев приезжает в Россию. Официальная цель визита самая невинная - изучение русской старины. Но на самом деле эти четверо иностранцев ищут тех, кого можно завербовать, растлить, скомпрометировать. Состав этой иностранной группы тоже интересный. Немецкий нацист, избежавший кары, но отнюдь не бывший, русский эмигрант, проститутка и ещё один тип явно с темным прошлым, которое нам не раскрывают. Таким способом автор может показать самые неприглядные личности советского общества тех времён - поэты-приспособленцы, художники-недоучки, молодежь, которая любит красиво пожить, но на эту красивую жизнь не заработано ни рубля. Перед западниками открывается богатое поле для жатвы. Этот роман - не о советской России. Тут каждая строчка говорит о настоящем. А будущее - будет ли оно у нашей страны? Обязательно будет, если мы поймём, чего же мы хотим.

Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа.

Н.В Гоголь, «Мертвые души», 1842

Широко известный в узких кругах роман-памфлет, роман-предупреждение. Относительно широкую известность он приобрел в последние годы, когда оказалось, что мрачные предположения Кочетова сбылись чуть более, чем полностью. Удивительного и любопытного в этом произведении и около него много, попробуем пройтись хотя бы по части привлекающих внимание тем.

Итак, есть обскурантист и рутинер, замшелый сталинист (это сарказм и ирония), который писал эталонные вещи большого стиля, знакомые широкому зрителю хотя бы по замечательной картине «Большая семья» (1954). Он редактор крупного литературного журнала, крепок идеологически и не хочет быть конъюнктурщиком. Медленный официальный идеологический дрейф 60-х, экономическая реформа и приоткрытие занавеса с нашей стороны вызывают у него, гхм, смешанные чувства, выливающиеся в написание большого текста, пронизанного ужасом перед тем, что может произойти при, э, экстраполяции тренда.

Роман был напечатан, высмеян теми, кто был очевидными героями памфлета – теми, кого сейчас неполиткорректно называют «либеральной тусовкой», автор заплеван, заклеван и прижат, что заставило его, насколько мы можем судить, через несколько лет покончить жизнь самоубийством. Тексты его канули в Лету, самого его забыли, а жизнь потекла своим чередом. Как оказалось, тем чередом, который так беспокоил автора.

Самое интересное с идеологической точки зрения в романе не то, что Кочетов предсказывает падение советской власти, этим до него и после него занималась поражающая воображение толпа народа, больше, конечно, с затаенным и не очень затаенным предвкушением. Прелесть и удивительная прозорливость Кочетова в другом – он ясно, четко и просто наотмашь точно пишет, что на место советской власти придут русские националисты, идеологией которых будет причудливая смесь державничества, странной любви к последним царям и заигрывания с военной гордостью (и желания возвращать утерянное). Это линия в романе явно не привлекла внимания современников, так как за карикатурное изображение обиделись итальянские коммунисты, советские либеральные поэты и писатели и, вероятно, некоторые номенклатурные деятели, но сейчас она смотрится крайне, э, актуально.

Любопытно, что автор несколько переоценил ремилитаризацию Германии, вроде бы это не стало такой большой проблемой для стабильности в мире, как он ожидал. Хотя в современных новостях о бронированных кошачьих можно увидеть отголосок этой проблемы. Занятен и его нажим на итальянских коммунистов, которые показаны автором как аморфные и конформистские интеллигенты. Они после выхода романа очень обиделись, однако все его предсказания в виде еврокоммунизма старательно и довольно быстро реализовали, самоустранившись с политической сцены Италии.

Но перед нами, если я верно помню, все же, пусть и политически ангажированный, но художественный текст. Завязка и проста, и многообещающа – советская гражданка выходит замуж за итальянца и налаживает жизнь в Турине, а группа замаскированных эмигрантов и эсесовских недобитков отправляется в СССР с целью проверки спящей агентуры и ускорения морального разложения советской молодежи. В книге много действующих лиц, много светлых и не очень душ, много идеологической пикировки и уверенности в своей правоте. Итальянская часть здорово напомнила мне итальянский же фильм «Народный роман» Марио Моничелли (1974), а книга Кочетова в целом по композиции и позиции автора (по крайней мере, в момент написания) схожа с Бурей и Девятым валом Эренбурга – множество стран, героев и надежды на лучшее. Проза довольно простая, но читать было интересно.

В итоге остается любопытное ощущение, что наше искусство в 60-е еще было кому-то нужно кроме нас самих. Мысль эта, конечно, подана автором романа и поэтому пристрастна, но увидеть ее следы можно не только в этом тексте. Споры о советском кино, споры об официальной и подпольной литературе, влияние (уже угасающее) советской массовой песни, фольклорный флер. Интересно все это было мировой аудитории, смею предположить, из-за советской власти, как грани ее отражения, истории ее возникновения – нет ли в былинах и художниках-реалистах XIX века предпосылок той революции, что изменила мир? После реставрации и искусство сдулось, и интерес к нему пропал, оставшись на уровне специальных исследований по тому или иному периоду советской истории.

С линялой книжкой на коленях Сидеть в жасминовых кустах И давних отзвуки полемик Следить с улыбкой на устах. (Дм. Быков)

Роман "Чего же ты хочешь?" увидел свет в конце 60-ых годов прошлого века. У автора получилось написать так, что огреб он за свое произведение с двух сторон: и от партийного руководства, и от либеральной интеллигенции. После этого эпического комбо роман больше не переиздавали, но в анналы литпроцесса он вошел (заодно с пародией Зиновия Паперного "Чего же он кочет?") При таких вводных я ожидала чего-то похожего на "Всё впереди" Василия Белова, чего-то алогично-скрепного, но произведение оказалось не таким однозначным. Начало понравилось (в сравнении с Беловым ) : советская девушка Лера познакомилась с учившимся в СССР итальянцем, вышла за него замуж и уехала с ним в Италию. Не сразу, но она поняла разницу между туризмом и эмиграцией. (Коллизия намного разумнее, чем загрантурпоездка, навсегда пошатнувшая скрепы, у Белова. Но вернемся к Кочетову) Тем временем в СССР тоже не всё гладко. Идеалы ветшают, растут потребительские интересы, некоторые работники культуры забывают с кем они, а некоторая часть молодежи безответственно тянется к западным всяким штучкам и, если так пойдет и дальше, страшно становится, товарищи, за будущее страны. Когда читаешь, находясь в сегодняшнем дне, очень хочется выдать автору орден Кассандры и аплодисменты, но автор быстро заставляет забыть и о похвалах, и о каком-либо сочувствии тексту. Герои постоянно переключаются на вещание голосом автора. Что характерно, и положительные герои, и отрицательные. Первые обычно начинают вещать о мудрости Сталина и низости Троцкого, вторые - о германском реваншизме с интонациями журнала "Огонек", которые в устах бывшего эсэсовца звучат как неродные.

- ...Я порылась в тех книгах, какие ты выписываешь из Парижа, из Лондона, из Нью-Йорка. Троцкого почитываешь. – Да, Троцкого! Это имя для вас, как красное для быка. Закипаете от ярости, услыхав об этом человеке. А он звал к более разумным от ношениям классов. Без крови, без баррикад, без подавления и принуждения одних другими. – Ну да, он был против диктатуры пролетариата, и всего-то навсего! – Лера усмехнулась; – Эх ты, марксист! – Нет, он не был против диктатуры пролетариата! Это клевета! – закричал еще яростнее Спада. – Пожалуйста! – Лера полистала недавно полученную из Лондона книгу некоего «знатока» истории Коммунистической партии Советского Союза Л. Шапиро.– Здесь приведены слова Троцкого на Втором съезде РСДРП.

Сталин - это основной пункт, автора тогдашняя антисталинская волна возмутила так, что он не мог не выплеснуть свои чувства в книгу. По-человечески я ему сочувствую, но

И не было никакой «пятой колонны», оттого что был своевременно ликвидирован кулак и разгромлены все виды оппозиции в партии. Вот это было главное, чего никто не прозевал, Феликс

( это уже не Лера, если что, точка вещания сменилась, Феликс Самарин беседует с отцом) Вот это и тому подобное вызывает у меня офигевание даже не сутью своей, но подачей. По замыслу автора это оправдание и похвала из уст положительного героя. Право же, в устах недобитого эсэсовца Клауберга звучало бы естественнее. Как сетования на тяготы поиска бургомистров в оккупированных городах и змея Виссарионовича, который успел провести профилактику. Кстати, о Клауберге! Он там не один, там целый десант с Запада в Советский Союз с целью подрыва идеологии под прикрытием интереса к культурному наследию. Десант долго собирается, перемещается по европам, знакомится друг с другом и информацией о Советском Союзе, и с нетерпением ожидаешь: ну, когда наконец приедут и начнут вредить и подрывать? Но автор не спешит и сообщает, что поедут они только через полгода.

– Простите, сэр,– сказал Клауберг, которого, видимо, тоже поразил срок, отведенный на подготовку.– Почему мы должны собираться так долго? В чем дело? – А потому,– ответил человек в дымчатых очках, сидевший у самого камина, – что вы отправитесь в Россию на специально оборудованном автомобиле. Его сейчас, этот особо сконструированный автофургон, создают на базе одной из легковых моделей фирмы «Остин». В нем будет все: отопление, холодильное устройство, возможности для спанья, приготовления пищи. Будет фотолаборатория

Ну да, мы шпионы и вредители, не видно, что ли? Как: чем докажем? Вон автофургон наш стоит, загляните-убедитесь. На меня напал неконтролируемый ржач, и дальше я уже ничего всерьез воспринимать не могла, и автор своей серьезностью очень в этом помогал.

Юджин Росс пожал плечами, раздел Порцию Браун, разделся сам. Утром она поднялась, держась за голову.

Нет, дальше сказано, что пить меньше надо, но недоумение, что Юджин такое делал всю ночь головой Порции успевает зародиться. Извращенец западный, от них всего ожидать можно. Кстати, Порция заслужила. Она оклеветала в печати суперположительного писателя Булатова, обвинив его в приставаниях, в харрасменте, если по-сегодняшнему. Писатель Булатов с пролетарской прямотой при встрече шлепнул мисс Браун пониже спины, чтобы привести ее текст в соответствие с реальностью. Казалось бы, клеветница должна обрадоваться и настрочить еще одну статью, но не тут-то было. В Порцию решительно вселяется автор и заставляет ее, сгорая от стыда, покинуть Советский Союз. Попутно автор вселяется в свидетельницу инцидента - Ию, влюбленную в Булатова. Ия - персонаж положительный, поэтому автор применяет поправку на свое понимание женщин, и она мучительно завидует: Ну почему, почему, Булатов шлепнул по попе эту противную иностранку, а не ее?!

Ладно, это всё хаханьки, но вот, что серьезно: Красной нитью ( выражения со школьного урока литературы тут кстати) через всю книгу проходит тема клеветы. Враги клевещут, пишут подметные письма и очерняющие статьи, распространяют слухи и губят, губят хороших людей.

Люди уже стали привыкать к тому, что подобная литература в наши дни заменяет кольца с ядом, которые в некие века были в большом ходу. Тогда над кубком с вином, предназначенным противнику, нажимали незримый механизм такого колечка и роняли в вино пару капель отравы. Теперь стругают письмецо в партийный комитет, так сказать, сигнализируют».

Ну и вот сначала его прокатили на выборах в правление. Пожимал плечами, смеялся. Потом оплевали с помощью наемного пера его новую работу. Выстоял, говорил: «И не такое видывали». Подобрались совсем с другой стороны. Допекли анонимками: в партийный комитет – о том, что избил, пьяный, шофера такси: еще куда то – что он наркоман и получает наркотики из за границы; жену поздравили с тем, что он завел себе молодую блондиночку и таскает ее по дачам своих приятелей. Покуда бегал и доказывал, что все это ложь, бред, свинство, инфаркт его и хватил

Товарищ автор, а вам не кажется, что вот это всё - последствие методов Иосифа Виссарионовича? Вы привыкли прислушиваться к любой клевете и принимать меры, не разбираясь, потому что страшно, потому что в кровь въелось : проигнорировал сигнал - и тебя самого туда же. Потому что перешагнули порог, когда могли задуматься, подумать,усомниться . Вы по инерции жрете друг друга, а виноваты вам заграничная мисс Браун и песня про последний троллейбус.

---------------- Но поэзия — пресволочнейшая штуковина: существует — и ни в зуб ногой. (Вл. Маяковский)

Проза - тоже большая сволочь. Всеволод Анисимович хотел претворить крик души в размазывание по стенке оппонентов-антисталинистов-либералов-западников, а получилось. вышеописанное произведение, в котором автор против своего желания демонстрирует истоки развала СССР. Не потому развалилось, что забылись и потянулись к Западу, а потому, что вот это вот уперто-правильно-партийное было таким противным, что вызывало сильное желание не брать его с собой в будущее.

------------- 4 ноября 1973 года В. Кочетов покончил жизнь самоубийством на даче в Переделкино, застрелившись из именного пистолета Walther 7,62. По мнению ряда источников, Кочетов принял решение добровольно уйти из жизни, испытывая тяжёлые мучения в результате ракового заболевания (липосаркома на внутренней стороне бедра). (из Википедии) Осознание, что opus magna, последний его роман, провалился ( его даже запретили обсуждать в печати), с большой вероятностью добавило гирек на суицидную чашку весов. К тому же, говорят, онкология очень чутко реагирует на нервные потрясения. "Такие дела" ( тм)