По ту сторону добра и зла. Казус Вагнер. Антихрист. Ecce Homo. Человеческое, слишком человеческое. Злая мудрость

Творить: это значит — выставлять из себя нечто, делать себя более пустым, более бедным и более любящим.

Терпеть не могу, когда фразы вырывают из контекста, когда о человеке (ситуации, явлении, книге и т. д.) судят по одному-единственному высказыванию. Тем не менее сборник афоризмов великого философа брала на прочтение целенаправленно и с умыслом, который заключался в том, чтобы наконец-то ознакомиться - хотя бы приблизительно! - с творчеством этого "великого и ужасного" Ницше, посмотреть на мир и действительность его глазами, впитать (послушать) его идеи, поспорить или согласиться с ними.

Институтский курс философии, из которого, по правде говоря, уже мало что помню, остался далеко позади, все эти годы знакомиться с философскими теориями Ницше особого желания у меня как-то не возникало. Вернее, так было до момента прочтения книги Алексей Сафронов - Единое ничто. Эволюция мышления от древности до наших дней , в которой читателю недвусмысленно давалось понять, что лермонтовский образ Печорина (кстати, это один из моих любимых книжных героев по жизни) пропитан ницшеанскими идеями. После такого заявления мне все же захотелось понять, чем знаменит Фридрих Ницше.

Обращаться к его многочисленным трудам, самостоятельно окунаться в мир его философии - это тоже достойный подход, но требующий изрядного количества времени, усердия и сосредоточенности. Мне же хотелось получить экспресс-представление о его ключевых постулатах.

С затеей книга справилась на 100 %. Если не ждать от нее слишком многого (а я видела на нее отрицательные оценки), она вполне поможет вам определиться, хотите ли вы и дальше знакомиться с трудами Ницше, и составить себе первое впечатление о его творчестве. Да, весьма поверхностное и, возможно, неточное, но все же лучше, чем ничего, чем чистый лист...

Из достоинств данного сборника отмечу отличную его систематизацию: все ключевые высказывания разбиты по темам, что чертовски облегчает этот волнующий момент знакомства с новыми для себя идеями. Написано легко и, главное, нескучно. Да, с некоторыми из убеждений Ницше согласиться трудно, но при это следить за движением его мысли оказалось очень увлекательным занятием. В умении аргументировать собственные принципы философу уж точно не откажешь, как и в умении донести сложную, на первый взгляд, информацию в простом и понятном для читателя-обывателя ключе.

Рассуждает Ницше обо всем, особенно мне понравились его мысли о воспитании характера, искусстве и культуре, взаимоотношениях между людьми. Виден зрелый взгляд автора: провозглашаемые им истины будто не взяты с потолка, а прожиты и прочувствованы им лично. Я, правда, не в курсе биографии автора (да, я тот самый чистый лист), но ощущение при прочтении складывается именно такое.

Читать этот сборник было интересно, что вообще-то для философской литературы скорее редкость, нежели правило (так, недавно меня очень огорчила прочитанная книга другого философа - Николай Бердяев - Смысл творчества - прорваться сквозь дебри умозаключений автор было непросто, а порою казалось, что и бессмысленно). Данный сборник афоризмов лишь усилил мое желание и дальше знакомиться с трудами Ницше.

Кто не способен ни на любовь, ни на дружбу, тот вернее всего делает свою ставку — на брак.

Много из прочитанного здесь заставило задуматься о сущности вроде бы всем понятных явлений. В преломлении же взгляда Ницше они получают порой самые причудливые очертания...

С Ницше можно спорить, не соглашаться, но он всегда интересен. Во-первых, интересен как мыслитель, повлиявший на культуру и философию XX-го века; во-вторых, просто его книги интересно читать. Книги Ницше легко читаются и не требуют особой философской подготовки (это не Гегель с Хайдеггером). В основном они составлены из коротких, едких афоризмов, а также из эссе, редко превышающих несколько страниц. Не исключение и данная работа, где Ницше впервые пользуется афористическим стилем. «Человеческое, слишком человеческое» – это поворотная для Ницше книга, открывающая новый период в развитии его философии, в которой ощущается эволюция Ницше в сторону позитивизма. В «Человеческом, слишком человеческом» он берется за критику метафизического способа мышления (сюда включается как религия, философия, так и искусство, главным образом, романтизм Вагнера), отдавая дань мыслителям эпохи Просвещения и ставя в привилегированное положение науку. Однако превознося «человека научного» Ницше здесь во многом остается на прежней романтической почве: его также больше интересует культура, искусство и творчество (ему посвящены главы из книги), чем наука. Поскольку Ницше понимает, что на новой стезе «человека научного», ему будет не слишком интересно, он предлагает промежуточный вариант:

Если, таким образом, наука сама по себе приносит все меньше радости и отнимает все больше радости, внушая сомнения в утешительной метафизике, религии и искусстве, то иссякает тот величайший источник удовольствия, которому человечество обязано почти всей своей человечностью. Поэтому высшая культура должна дать человеку двойной мозг, как бы две мозговые камеры: во-первых, чтобы воспринимать науку и, затем, чтобы воспринимать не-науку

Также он понимает, что религиозный человек (метафизический) вряд ли может сделать резкий скачок и стать «человеком научным». Поэтому он рекомендует все-таки обратиться к искусству:

переход от религии к научному миропониманию есть насильственный опасный скачок, которого нельзя рекомендовать… в качестве перехода следует скорее воспользоваться искусством, чтобы облегчить перегруженную чувствами душу, ибо искусство гораздо менее поддерживает эти представления, чем метафизическая философия. От искусства можно затем легче перейти к действительно освобождающей философской науке

Я бы обратил еще внимание на то, что в одном из разделов данной работы Ницше выражает презрение к национализму и антисемитизму (видимо, выпад в сторону Вагнера), указывая на то, что национализм опасен и в действительности не служит интересам европейских народов. Идеальный мир по Ницше – наднациональный мир. Соответственно, ратует Ницше за слияние народов:

в результате непрерывных скрещиваний, должна возникнуть смешанная раса — раса европейского человека. Этой цели сознательно или бессознательно противодействует теперь обособление наций через возбуждение национальной вражды… этот искусственный национализм, впрочем, столь же опасен, как был опасен искусственный католицизм, ибо он, по существу, есть насильственное чрезвычайное и осадное положение, которое немногие устанавливают над многими, и нуждается в хитрости, лжи и насилии, чтобы сохранить свою репутацию

Важное место в книге занимает вопрос «свободного человека» – человека освободившегося от пут традиций, иллюзий прошлого. В «Человеческое, слишком человеческое» Ницше излагает также свои взгляды на вопросы морали, культуры, государства, семьи, женщины, и т.д.

Хотел прочитать – прочитал. Одним вопросом меньше…

Я буду краток.

О самой философии Ницше много, наверно, говорить не стоит. Это философский рудимент, если разрешите так выразиться. Но это интересный этап становления наук и дальнейших концепций.

Следы трудов Ницше можно увидеть много где, ради этого книгу стоит почитать.

Философия Ницше против всей современной повестки сразу, она против равенства в любом проявлении, против демократии как явления и это любопытно читать в 2022 году.

Книга не напрягает, некоторая философия жизни. Можно в хорошем смысле позавидовать проницательности мыслителей прошлых эпох, они без науки (как явления) создавали интереснейшие концепции. Чего только стоит идея – ВОЛЯ К ВЛАСТИ – сведение всех человеческих мотивов (или инстинктов) к обычной тяге к превосходству. Прав ли в ней Ницше? Отчасти. Дэн Миллер назвал это «псевдоэгоизмом», находясь в культуре, где пропагандируют теории Гобса, Юма и автора этой книги, человек пытается найти истоки эгоизма в себе, человек себя отожествляет с животным. Что ищем, то и найдём!

Сейчас можно критиковать Ницше, а после писать статьи, книги и докторские на тему «социального мозга». Модно изучать антропологию и ссылаться на Данбара. Социальность мозга не вызывает вопросов, эта изъезженная тема. Не совсем верно было бы говорить, что Ницше первым сказал об этом, но ОН ПЕРВЫЙ ВОЗВЁЛ НАШУ СОЦИАЛЬНУЮ АКТИВНОСТЬ В КУЛЬТ.

Только не стоит его воспринимать буквально, ведь всякая ли мораль – противоположность распущенности? Всякая ли мораль – это тирания к собственной природе? Концепции Ницше в первозданном виде – это рудимент мышления для человека в XXI веке.

Проницательность Ницше – это то, ради чего стоит прочитать эту книгу.