Белый Бим Черное ухо. Повести

Трагическая повесть, я не знаю, как читала ее в детстве. При чтении я переходила на слезы, а в конце просто разревелась и пошла гладить собаку. Вот действительно, это те звери, которых мы не заслужили. Как бы ни бил хозяин свою собаку, она все равно будет его любить. В повести рассказывается история собаки и как у нее сложилась судьба. Бима взял Иван Иванович еще щенком, и воспитал из него отличного пса, который мог и тапки принести, и дичь на охоте выследить. И все было бы неплохо, если бы Иван Иванович не попал в больницу. Я соглашусь с частью рецензий, в которых пишут, что всё было бы хорошо, если бы кто-то один просто нормально присмотрел за собакой. Да, тогда бы трагедии не было и Бим дождался бы своего хозяина. Но мне кажется, автор хотел показать, что не надо быть злыми по обращению к любому живому существу, и только из-за этого в произведении так много отрицательных героев. Чтобы ребенок, читая книгу, мог сделать свой выбор: быть ему как Даша, Алеша или Толик и помогать животным, или как Клим или серый человек, и обижать их? Надеюсь, что дети сделают правильный выбор. Ведь мы в ответе за тех, кого приручили.

Книга,безусловно, сильная и запоминающаяся, но у меня сложилось впечатление, что она могла бы оказаться еще сильней, если бы автор попытался более глубоко осмыслить затронутые им темы. А так получилось в какой-то мере довольно поверхностно, что и не позволило мне прибегнуть к максимальной оценке.

В целом, когда писатели берутся писать книгу, изображая мир глазами животного, кошки, собаки или еще кого-то - неважно, это всегда довольно смелый эксперимент. И смелость его в том, что автор пытается совершить невозможное - описать мир таким, каким его видит та же самая собака, но в любом случае сваливается в грех очеловечивания своего героя. В результате получается рассказ не о собаке, а о человеческой душе, живущей в собачьем теле. На этой мине подрывались куда более опытные и маститые писатели, нежели Троепольский, так что он не стал исключением.

Вообще-то, тема поднятая Троепольским, собачьей верности, преданности хозяину и всепоглощающей зависимости от него, могла бы послужить хорошим материалом для философского осмысления глубинных связей в мире живого, но автор предпочел всю полезную энергию направить исключительно в эмоциональное русло, давя на чувство жалости и сострадания, которое неизбежно должно проснуться у всякого нормального человека, который становится свидетелем целого потока незаслуженных страданий ни в чем неповинного живого существа.

Поэтому и вызывает книга слёзы и сопли у солидной доли читателей, которые слишком близко к сердцу принимают изображение этой собачьей Голгофы, проникаются состраданием к живому существу, вызывающему жалость. Но не всё так просто - книга Троепольского далеко не так безобидна, кроме любви и сострадания она еще учит самой настоящей ненависти.

Потому что отрицательных персонажей, представляющих людей, автор выписал такими черными красками, изобразил их просто настоящими монстрами, в которых нет ни капельки человеческого. На фоне очеловеченного Бима эти типы кажутся озверевшими уродами. И, проникшийся читатель начинает их люто ненавидеть. Особенно эффективно психологическое клише создается и закрепляется у так называемых "собачников", и стоит какому-либо человеку выразить какую-либо претензию в адрес собак или их хозяев, как на него автоматически переносится отношение, сформированное к отрицательным героям повести. Я могу это наблюдать в нашей районной фэйсбучной группе, где "собачники" находятся в состоянии перманентной войны со всем остальным - антисобачьим миром.

Пытаясь создать максимально насыщенный, ярко выраженный психологический портрет собаки, автор совсем упустил из виду человеческих персонажей, нищенски наделив их либо отрицательными, либо положительными качествами. Разделение людей на строго положительных и строго отрицательных, без каких-либо полутонов и нюансов делает всех человеческих персонажей, появляющихся в повести, крайне примитивными в своих проявлениях и предсказуемыми. И то, что это разделение проходит четко по линии отношения к страждущему Биму, оно выполняет ту же роль - маркировки людей по принципу "свой -чужой".

Конечно, мы ответственны за тех, кого мы приручили, и мы можем испытывать к своим питомцам самые нежные чувства, но не стоит собак или кошек, или какую-то другую живность, возводить на пьедестал сверхценности, потому что для человека в этом мире есть только одна сверхценность - это человеческая жизнь. Это превыше всего, поэтому я с содроганием вспоминаю одну свою знакомую, которая, когда умирал её любимый пёс, молила, не знаю кого, бога иди дьявола, чтобы он оставил ей её Барсика, а забрал плохих людей, ведь их так много на свете. Это было омерзительно, любая положительная эмоция, доведенная до неадекватной гиперболизации, может рождать страшный отрицательный разряд.

Всё-таки, жаль, что Троепольский схалтурил и не показал в повести полноценных человеческих характеров. Ясно, что он пытался представить людей в том виде, в каком их воспринимал, как ему казалось, Бим. Но дело в том, что читают книгу люди, а не собаки...