Рассказы

Он представлял собой сейчас замечательную карикатуру на разъяренного француза.

Всегда вам были по душе эффектные романтические ситуации.

Человек может устать от благодарности.

Нужно всегда выражаться точно. Это моя, как вы называете, маленькая слабость.

Убийство было для него таким же бизнесом, как и всякое другое дело.

...иногда мужчины хранят изобличающие их улики из-за чрезмерной сентиментальности.

Все вы, женщины, одинаковы. Ничто не интересует вас так, как личные дела.

Это была ее первая тайна от мужа, и ей стало не по себе.

Хорошо, когда можешь попить и поесть досыта, зная, что не ты платишь.

Как истинная женщина, она чувствовала, что нравится ему, хотя и не показывала виду.

Мы близки к тому, чтоб начать копаться в грязном белье...

Потом настала наша очередь, и тогда началось настоящее вавилонское столпотворение.

Несомненно, он все знал. Знал, но не хотел, чтобы узнали другие.

Перед ним была загадка, которую ему, как он смутно сознавал, не под силу разгадать.

Можно ли вполне доверять показаниям бесконечно любящей женщины?

Curious things, habits. People themselves never knew they had them.

– Не муж! – повторила она, и наступила долгая пауза… – Я была актрисой в Вене. Была замужем, и муж мой жив, но он… в сумасшедшем доме. Как видите, наш брак с Воулом не может быть признан действительным. И теперь я рада этому! – Она с вызовом посмотрела в глаза мистеру Мейхерну.

«Странная женщина. Такая невозмутимая, что начинаешь нервничать», – подумалось мистеру Мейхерну. С самой первой минуты встречи с этой женщиной он чувствовал себя неуверенно. Перед ним была загадка, которую ему, как он смутно сознавал, не под силу разгадать.

– Я вижу, вы слишком умны, чтобы лгать в столь серьезном деле.

– Ну, разумеется! – воскликнул Воул. – У меня не было причин убивать ее! Даже если допустить, что я намеренно не прерывал знакомства, рассчитывая получить деньги, то смерть ее значила бы крушение всех моих надежд.