Хола. Любовь с первого гава

Смирение - это не когда мы не думаем о себе. Смирение - это когда мы думаем о себе меньше, чем о других.

Та же Холли Винтер, книжная героиня, афористично выразила мнение большинства собачников: "Собака начинается с той же буквы, что Спаситель и Сакральный. А кошка? Корысть? Коварство? Извините, не вижу духовного масштаба".

Я никогда не встречал собаку, которая думала бы: "О господи, опять утро". Собаки думают: "Опять утро, Господи!" - почувствуйте разницу.

Ночь была бесстыдно прекрасна: с Гудзона долетал прохладный ветер, в Нью-Джерси мерцали огни, на кладбище ворочались герои Войны за независимость. Я отмел предательскую мысль присоединиться к ним.

Депрессия - это гнев лишенный энтузиазма.

Мы достигаем дна, когда падаем быстрее,чем наши моральные принципы.

Если вы никогда не видели щенков бернского зенненхунда, можете считать себя везунчиком. Они обладают паранормальной способностью разжижать мозг невинных людей.

Если вы хотите иметь то,что никогда не имели, вы должно делать то,что никогда не делали

— Конечно, мы почешем животик, обязательно почешем… (У собачников быстро появляется привычка повторять все по два раза, потому что им в принципе не приходится много говорить)

Среди неписаных законов собачье-человеческой психологии есть один, гласящий, что абсолютно невозможно долгое время поддерживать состояние вселенского отчаяния, если в пределах досягаемости есть хотя бы один бернский зенненхунд.

Лично я ее не смотрел — не любитель фильмов, после которых хочется если не застрелиться, так повеситься,

Собаки, в отличие от людей, местоцентричны. Они ведут себя сообразно тому, где находятся.

Вернувшись с прогулки, я позвонил Глории и поделился хорошими новостями. Пришлось повторить трижды. Она почему-то долго не могла взять в толк, как наша собака может представлять что-то, кроме цунами в Японии.

В этом контексте «Порода не для всех» расшифровывается как «Замри, развернись и беги отсюда, идиот! Драпай и не оглядывайся!»

Когда я попал в тюремную больницу в четвертый раз из пяти, медсестра сказала: «Сэр, мне очень жаль это сообщать, но у вас сердце, легкие и почки девяностолетнего старика, который подключен к системе жизнеобеспечения». Помнится, я ей тогда ответил: «Приведите мне этого старика, и я немедленно верну ему его имущество!»

Мне было проще научить Холу прыгать через горящий обруч, чем расслабиться. Беспокойство — единственная сила, пока еще удерживающая меня в этом мире. Марти, который не нервничает, — это все равно что Марти, из которого выкинули буквы м, а, р, т, и.

«Мы едем в парк? Мы снова едем во Флориду? Где ты прячешь пирожки?»
— Когда мы приедем, мне понадобится все твое внимание. Так что поголодай немного.
«Я родилась голодной…»

Я в изумлении слушал, как Собаковод года нахваливает моего домашнего монстра. Но в настоящий нокаут я отправился, когда она произнесла:
— Ее проблема заключается в интеллекте. У вас слишком умная собака.
На всякий случай я опустил глаза, проверяя, не подменили ли мне пса.

Мне никогда вполне не удавалось избавиться от чувства, будто я не только опоздал на пароход, но жду его не на том причале, не в том городе и даже не в тех штанах