Третья карта. Семнадцать мгновений весны

Государства – как люди. Им претит статика, их душат границы, им нужно движение – это аксиома. Движение – это война.

Спасая жизнь одним, можно неизбежно погубить жизнь других.

Чужая глупость всегда смешна.

Я люблю молчунов… Если друг молчун – это друг. Ну а уж если враг – так это враг. Я таких врагов уважаю. У них есть чему поучиться.

– Вы прекрасно понимаете, что вне славянского мира Украина существовать не может.

На войне побеждает тот, кто остаётся в живых. На войне всякое может быть: шальная пуля в спину тоже.

Легче бороться против того, что тебе хорошо известно. Значительно труднее ждать неизвестного.

Вы верите в обезьяну в человеке. А я верю в бога в человеке.

– Я всегда жалею адъютантов, – сказал Штирлиц, – им постоянно нужно сохранять многозначительность: иначе люди поймут их ненужность.

– Вы не правы. Адъютант очень нужен. Он вроде красивой охотничьей собаки: и поговорить можно между делом, и, если хорош экстерьер, другие охотники будут завидовать.

Больное самолюбие – самая страшная форма деспотизма.