Цитаты из книги Пари

.... но тут принесли креветок, и я оставила Андрея в покое. - Ужас какой. Какие то мутанты. Где вы из ловите, таких здоровых? Они ничем таким не болели перед смертью? - допрашивала я официанта. - А почему они в кожуре, их надо было освободить от оперения перед кулинарной обработкой. Теперь мне придется ковыряться в них ножом, а я между прочим боюсь любых хирургических вмешательств. Да и нож то толком держать не умею. - Мальчик слегка покраснел и пытался что-то объяснить недоверчивой и капризной мне, но я не успокаивалась. - И цвет у них какой-то неестественно фиолетовый. Где вы их храните? - У нас все продукты свежие. - обиделся официант. - Креветки еще час назад можно сказать ползали. (думаю, мальчик хотел пошутить) . Я всплеснула в отчаянии руками. - Ползали. А вы их в кипяток! Живьем! Бесчеловечно! Обратите внимание, Андрей Николаевич, вы везете даму ужинать, не выяснив заранее ее отношения к флоре и фауне. Должно быть стыдно... - Мне стыдно!? Навязались на мою голову и мой бумажник. Вот теперь и разбирайтесь с вашими членистоногими самостоятельно. А то сейчас отправлю вас домой своим ходом. - Андрей старался скрыть улыбку. Официант растерянно хлопал глазами. - Ступай, мой юный друг. Ступай, и на досуге поразмысли о бессмысленной жестокости этого мира. - отпустив его величественным жестом, я вздохнула, и зверски набросилась на бедных фиолетовых жертв, одна из которых вдруг выскочила у меня из тарелки и, чересчур ловко для вареной проскользнув под соседний столик, остановилась. Такой вот пассаж. - Он же сказал, что они час назад еще ползали. Теперь вот бегать научились. - не удержался Андрей. Сидевшие за соседним столом американцы дружно расхохотались. Краснолицый дедушка с акульей улыбкой поднял креветку с пола и завернув в салфетку, галантно преподнес мне. - Вы что-то уронили, юная леди. Позвольте вернуть вам это непослушное животное, -у него был совершенно сумасшедший Техасский акцент, и мне приходилось здорово напрягаться, чтобы понять. Мобилизовав свои серые клетки и вспомнив, что когда-то мое произношение считалось идеальным, я выдала свою версию происшедшего: - Ну что вы, просто я позволила креветке прогуляться в последний раз, откуда же я знала что она попытается эмигрировать в Штаты. - с этим я поблагодарила техасского дедушку за любезность и он вернулся к своим.

Пробуй, Лариска! Помирать так с музыкой! Я ехидненько усмехнулась про себя и громко разрыдалась вслух. Вот уж такого поворота Андрей Николаевич от меня не ждал. Усевшись на пол возле двери, я заливалась слезами и захлебывалась рыданиями, вытирая нос рукавом (этот жест был с ювелирной точностью содран у моего братца — последняя и классически удачная попытка по выбиванию у меня денег). — Вот все вы так. Жестокие! Вы не понимаете, не можете и не хотите понять, — я всхлипывала, но старалась произносить слова четко и внятно, дабы донести основную идею до слушателей, — я невзрачная, бестолковая, неудачливая и бесполезная. Ну и что! Я это и без Вас знаю. Только зачем все, абсолютно все вокруг надо мной смеются, унижают и издеваются. Кто дал Вам на это право? Пусть у меня внешность не яркая и умишком я не удалась, зато, может у меня душа добрая и светлая (любопытно, надо будет спросить у братца, сам ли он выдумал реплики или откуда-нибудь позаимствовал). Андрей хлопал ошалевшими глазами и уже не грозился вытолкать меня взашей. По-моему, новый поворот фабулы был гораздо удачнее предыдущего. Я продолжала: — Я знаю, они специально вынудили меня поспорить, потому что знали, что такая скромная и ранимая девушка как я, ни на что и рассчитывать-то не может. Все продумано и спрогнозировано верно, вот Вы даже и имени-то моего запомнить не можете, все Верочка да Верочка. Я для Вас ничто, пустое место, ноль без палочки. И теперь, когда я проиграю, вот уж они все вдоволь нарадуются. Конечно, у них и ноги длинные и глаза большие, а у меня ничего-ничегошеньки такого нет. Я как утенок гадкий, а кругом все эти отвратительные утки и индюшки! — и так далее и в том же духе. Я плакала и хлюпала все сильнее и сильнее, и так разыгралась, что мне даже стало саму себя жаль, и от этого сцена выглядела еще более естественной. Такая милая, слабая и всеми обиженная Я и большой, сильный и великодушный Он. Нормальный мужчина в подобной ситуации просто был бы вынужден меня пожалеть. А тем паче Андрей.Знаете, сеттеры всегда защищают слабых, больных и ненормальных. — Перестаньте, ну перестаньте же, — он суетился возле меня со стаканом воды, весь красный от волнения. Мне ни в коем разе нельзя было переставать. Полпути было уже пройдено, а передо мной стояла цель в виде чудесных зеленых купюр. Представив, как я буду перебирать сотенные, я зарыдала с новой силой. — Вот Вы меня гоните, кричите и ругаетесь, грозитесь вовсю, а думаете, мне легко было Вас, такого красивого и недоступного обо всем этом попросить? Да я весь день сегодня проплакала в туалете (немного приврать не мешает). Но я же тоже человек, и у меня есть тоже какое-никакое чувство собственного достоинства. Не нужны мне Ваши пять тысяч, мне нужно, чтобы все вокруг меня наконец-то оценили и поняли, и вообще… Ох как я выкладывалась, просто вспотела от напряжения, и когда искоса взглянула на взволнованного Андрея, то еще раз убедилась в том, что «кто хочет тот добьется». Он растерянно стоял надо мной, в руках у него был графин воды, а в синих глазах у него было море сострадания. Начинался долгожданный прилив милосердия. Шатаясь, я поднялась на ноги и опустив взлохмаченную голову пошла прочь, шла медленно, давая ему время на обдумывание и не прекращая печальные всхлипывания. — Постойте, Лариса, послушайте же. — Ооопс! Радостно екнуло у меня в груди. Вот оно то, на что мы и рассчитывали! Да здравствуют Дейлы Карнеги и Чипэндейлы, спешащие на помощь! Я повернулась. Видок у меня был наверняка жутковатый, но подходящий к случаю. Андрей, виновато моргая, подошел ко мне, протянул мне свой носовой платок, в который я, не задумываясь, смачно высморкалась.

— Извините, девушка. Все это — я обвела рукой горы юбок и пиджаков, очень славно и красиво, но я ищу что-нибудь более эротичное, более смелое что ли.

— Тогда — вот то, что Вы уже четыре часа ищете. — Она швырнула в меня вешалкой, на которой болталось два миниатюрных кусочка ткани. — Очень приталенный жакет, и юбка, открывающая коленные чашечки.

— Девушка, какие чашечки!? Мне требуется показать полностью весь сервиз, включая, но не ограничиваясь соусницей, сахарницей и этим как его, ситечком для чая.