Сказки про Муми-тролля

«Ну никакого порядка на свете, — недовольно подумал Хемуль. — Вчера жарища, сегодня мокротища. Пойду-ка завалюсь снова спать».

Должно быть, очень одиноко тому, кого все боятся.

«Удивительная штука эти реки и дороги, размышлял Снифф. – Глядишь, как они стремятся мимо тебя, и на сердце становится так тревожно, так смутно. Неодолимо тянет в чужие края, тянет отправиться вслед – посмотреть, где же это они кончаются…»

- Знаешь, ты какой? Ты гонишься за сильными ощущениями, а когда они на носу, пасуешь и прячешься в кусты.

• Я не лев, - обиделся Снифф. - Я хочу маленьких приключений. Чтобы как раз по росту.

Муми-тролль всегда больше всего любил самые последние недели лета, но и сам как следует не знал почему.

Надо же, когда ты счастлив, то забываешь про еду.

— Какую мы получим награду, если найдем сумку? — поинтересовался Снифф.
— Все что угодно, — пообещала мама. — Я задам вам большой пир, а на обед у нас будет одно только сладкое и никто не станет ни умываться, ни рано ложиться спать!
Тут поиски возобновились с удвоенной силой.

— А вы не побоитесь выслушать одну страшную историю? — спросил Снусмумрик, зажигая лампу.
— Насколько страшную? — оживился Хемуль.
— Примерно как отсюда до входа или чуточку подальше, — пояснил Снусмумрик. — Если это тебе о чем-то говорит.

Они развели огонь, стали печь оладушки и есть их одну за другой прямо со сковороды - ведь это самый лучший способ есть оладьи.

Муми-тролль откопал свои жемчужины и насыпал их в лапы сестрице Снорк. Он сказал:
— Теперь можешь украсить себя со всех сторон. Ты станешь самой красивой девочкой на свете.
А самую большую жемчужину Муми-тролль подарил маме.

— Это всё твоё? — шепнул Снифф.

— Моё, пока я здесь, — беспечно ответил Снусмумрик. — Всё, что я вижу, всё, что мне нравится, — моё. Хоть целый мир.

Это совершенно лишнее, - ответил гость. - Но, пожалуй, не помешает.

Всякие необыкновенности хороши, но только на время. Страшные истории, промокания и все такое прочее. Но в конечном счете они не дают ощущения уюта.

О, какое счастье быть муми-троллем, только-только пробудившимся ото сна и пляшущим в зеркально-зеленых волнах, пока восходит солнце!

— Входите, пожалуйста, в дом! — пригласил Муми-папа. — Все наше — ваше!

В эту минуту вошел Ондатр и сказал:
— Комета приближается. Конечно, обыкновенные существа могут пугаться и волноваться, но мы, философы, — никогда.

— Мои марки! — вопил рассерженный Хемуль. — Моя коллекция! Самая ценная и незаменимая на свете!
— Послушай, — сказал Снорк. — Сними на немножечко свое платье.
— Снять платье?
— Да! — закричали все. — Мы сделаем из него воздушный шар и успеем домой раньше кометы.
— Начихать мне на вас и вашу комету! У меня страшное несчастье!
Тут все разом набросились на Хемуля и через голову стащили с него платье. Связали рукава и получился отличный воздушный шар.

Поскольку Хемули туповаты, Снусмумрик стал говорить медленно и внятно:
— Слушай, Хемуль. Дело в том, что на нашу Землю летит комета. Вон, она, на небе, посмотри. И завтра эта комета столкнется с нашей Землей.
— А это имеет какое-нибудь отношение к моим чудесным маркам?
— Нет, не имеет. Но, если эта комета грохнется на Землю, то от твоих марок ничего не останется.

— Добрый день, — вежливо поздоровался Муми-тролль, хотя денек был может быть самый недобрый из всех. — Вы, дяденька, случайно не родственник Хемулю в Одиноких Горах? Тому, что с сачком?
— Он мой двоюродный брат, кузен, — сердито ответил Хемуль. — Осел, каких мало. Я прекратил с ним всякие отношения.
— Почему? — поинтересовался Снифф.
— Потому что он ничем не интересовался, кроме своих уродливых бабочек, — хмыкнул Хемуль.

— Странно, — сказал Муми-тролль. — Мы спешим в самое опасное место, а боимся меньше, чем те, кто бежит оттуда.
— Это оттого, — объяснил Снифф, — что мы ужасно храбрые.
— А мне кажется, это оттого, что мы лучше знаем комету, — сказал Муми-тролль.