Утешительная партия игры в петанк

С одной стороны, ничем особо не примечательная история: живëшь себе спокойно в 40+ лет в Париже, слегка утомился, правда, но вроде всë верно делал (ну, как сумел). Потом приходит письмо, которое вскрывает воспоминания из прошлого, бывшего полжизни назад, и понеслоось. Вспомнить всë, понять, простить, отпустить. И в свете прошлого взглянуть на своё настоящее по-новому. С кем не бывало?

Но с другой стороны, стоит только при чтении зародиться соучастию к переживаниям главного героя, Шарля Баланда (не сразу, но оно появляется), и все его проблемы, мысли, тревоги перестают казаться обыденными или незначительными. Тем более что в его этом прошлом, а потом и в резко меняющемся настоящем, действительно были/появляются если не невероятные события, то невероятные люди: редкие исключения жизнелюбия и умения даже в очень тяжёлых условиях это жизнелюбие сохранять.

Наверное, особенно притягивают и затрагивают именно эти вписанные истории тех, с кем пересекалась / пересекается жизнь Шарля. То же, как сам герой передает свои мысли, вернее, как текстом отображается его внутренний монолог, поначалу точно затрудняют восприятие: немало усилий нужно приложить, чтобы пробраться сквозь сплошные намëки на туманные события, мучительное самобичевание, упоминания тех-кого-нельзя-называть вкупе с бесчисленными многоточиями, которые сперва просто нечем наполнять из-за отсутствия информации.

Но в какой-то момент этот формат перестаëт напрягать или отвлекать: неосознаваемый внутренний монолог любого человека не отличается последовательностью и стройностью мысли, так что текст во многом помогает полностью соотнестись с героем и начать воспринимать его переживания, как собственные. Если сначала держит больше любопытство, стремление узнать, как раньше протекала жизнь Шарля, то впоследствии становится куда важнее, как он начинает менять её русло.

Думаю, главное воздействие романа как раз и появляется в попытке перенести опыт героя на свой: пусть почти совсем нет шансов, что у тебя случились в прошлом те же события, что и у него, но хочется уловить поворотные моменты собственной жизни не с высоты возраста Шарля, а желательно немного заранее. Тем более что этот возраст всегда кажется значительно отдалённее, чем есть на самом деле, и сколько бы ни было тебе лет, всегда есть подспудное ощущение, что ты только начинаешь жить (ладно, может и обобщаю, может, так далеко не у всех).

Из отложившихся и осевших уже ощущений и мыслей после прочтения точно остался образ скользящего или, скорее, слитого воедино времени, где становится нелепым условное деление на прошлое-настоящее-будущее, где все события имеют значение разом, единомоментно, где весь прожитый опыт интегрируется, становится цельным и важным в свете единственно значимого "здесь-бытия" (привет Хайдеггеру).

А примеры героинь, которые умеют жить творчески и созидательно, и, что называется, "capre diem", не только усиливают это впечатление и делают его ярче, но и дают надежду, что способность жить полноценно в настоящем не утеряна.

Коротко: Лёгкая (по восприятию, в хорошем смысле) проза, сюжет с изощрëнными заворотами. Ощущение свободы и простора в выборе жизненного пути после прочтения:)

Подражание Джоан Харрис и Ромену Гари (то есть, Эмилю Ажару). Видимо, чтобы это не так бросалось в глаза - или в попытках добавить индивидуальности и неповторимости - книга написана в таком стиле, который раздражает (меня) и затрудняет чтение (мне, про других не знаю). Единственный более-менее нормально написанный кусок - история Кейт, ну и еще рассказ соседки.
По-моему, это первая книга Анны Гавальды, прочитанная мной. Похоже, что она останется и последней - не люблю читать вторичную сентиментальную чушь, да еще и с претензиями на что-то большее.

Удивительно, как можно на 600 страниц растянуть повествование так, чтобы было интересно.
На половине книги кажется - ну всё уже, пора к концу, куда ещё?
За сто страниц думаешь - ну всё, всё, куда больше?
И всё-таки...

И так хорошо, что нет хэппи-энда. То есть он есть, но он естественный, а не переслащенный, не надуманный.

Книга охватывает столько областей - отношения отцов и детей, память, преданность, дружба, любовь, деньги, карьера, развитие, успех, работа, усталость - хроническая усталость.

Но, наверное, любовь и преданность - то, что проходит красной нитью через всё повествование. Не любовь к женщине, а любовь всеобъемлющая, вечная, остающаяся и после смерти, когда чувствуешь, что человек рядом, хранит тебя. Когда можешь с ним поговорить.
И желание искупить свою вину, свой эгоизм, своё малодушие уже тогда, когда исправить ничего нельзя, всё-таки куда-то ведёт. Ничего не исчезает...

Задела линия самосовершенствования в книге. Когда кто-то или что-то является стимулом, чтобы в 47 лет изменить жизнь. Чтобы просто жить.

Просто Жить.

Самое сильное из написанного автором. Неосмотрительно начала читать под партой на лекции. Уже на девяносто пятой странице пришлось выдергивать плечо из-под головы спящей на нем подруги, чтобы не залить ей слезами всю прическу.
Слишком много правды в этом маленьком романе почти сплошь из диалогов. И слишком много обычной человеческой боли.
Каждая книга Гавальда вводит меня в ступор. Но не может один человек так хорошо разбираться в стольких сферах сразу! Прочитав "Просто вместе", я подумала, что она работала или художником, или поваром, или искусствоведом. Теперь к этому списку добавилась архитектура и медицина. Меня поражает, как Гавальда описывает эти профессии изнутри, улавливая самую суть каждой из них. А еще эти километровые примечания в конце книги... Или она имеет ученую степень доктора, или помнит все предыдущие перерождения. Одно из двух.
Момент, который меня ужасно порадовал - что ближе к финалу герои "Утешительной партии..." заходят пообедать в ресторанчик, которым заведуют Франк и Филибер из "Просто вместе", и читатель задним числом узнает судьбу последних. Такое приятное ощущение - будто встретил добрых друзей после долгой разлуки. :)

Я долго откладывала эту книгу, берегла мечту, что в последние дни года, закончив все дела, буду сидеть с бутылкой вина и читать новый для меня роман такой любимой Гавальды. В общем, ничего не получилось: внезапно оказалось, что необходимо сделать еще много всего и носиться по городу целыми днями, в состоянии неплохого такого опьянения воспринимать ее прозу тяжело, а "Утешительная партия" мне не нравилась. Более того, до середины романа я была уверена, что это худшее из всего написанного ей. Конечно, слишком великими были мои ожидания. Я трижды читала "Мне бы хотелось, чтоб меня кто-нибудь где-нибудь ждал", и каждый раз это оказывалось своего рода откровением. Я не могла оторваться от "Ensemble, c'est tout" (я даже на смертном одре буду настаивать, что перевод названия как "Просто вместе" совершенно ужасен и неправилен!), просыпалась ночью и читала. "35 кило надежды" заставили рыдать в общественном транспорте. "Глоток свободы" и "Я ее любил. Я его любила" (опять, опять перевод!) как будто что-то во мне перевернули. А "Утешительная партия" вызывала только раздражение. Первые страниц 400. Да, рефлексия, самокопания. Да, недосказанность, которая, как понимаешь, будет снята через несколько десятков страниц. Все здорово, но не затягивало совершенно. Читала исключительно из упрямства.
А потом пошла история Кейт. Я и поняла, что не может быть плохой книга, которая так выворачивает наизнанку и доводит до слез. (Не подумайте, я не истеричка. Просто... просто это Гавальда. C'est tout.)

И вроде бы, та же Гавальда - тот же стиль, та же манера повествования, те же смыслы. И в то же время, в ней появилось что-то новое. Я не припоминаю, чтобы она и раньше нагнетала так обстановку на протяжении всей книги, а потом резко поворачивала к хэппиэнду. Раньше были какие-то проблески светлого-доброго-хорошего даже среди совсем ужасов.

И отдельно хочется сказать о песнях, которые упоминались в тексте. В самом начале еще, помните: "Я был в шоке. Такого я не ожидал. И в мыслях не было. Я… Я был в шоке. Эти чертовы любовные песни… Всегда исподволь и как же ловко… Добивают тебя за считанные минуты… Проклятые бандерильи, вонзаемые в наши столь предсказуемые сердца".
Слушаю их сейчас постоянно. Они прекрасны как саундтрек к книге и вообще, сами по себе.

Книга меня совершенно очаровала. Я, вообще, люблю Гавальду, её героев с лёгкой сумасшедшинкой, не-обывателей, не похожих на позитивного и всё успевающего современного человека, думающих, рефлексирующих и, главное, чувствующих. Дополнительного шарма роману придал тот факт, что читала я его, сидя в шезлонге на зелёной травке, ярким солнечным днём, под ошалелый крик воробьёв в кронах яблонь и сирени. Почему-то кажется, что серым и дождливым днём дома он читался бы совсем не так. ))
Больше всего книге подходит используемое самими героями определение sparky - живой, искрящийся, как шампанское, жизнерадостный и жизнелюбивый.
Хорошо, что я купила бумажную книгу - приятно будет потом перечитать.

Даже о счастье она пишет как-то... не банально, что ли... Вот, посмотрите:

То, что было потом, называется счастьем, а со счастьем сложно.
Не расскажешь.
Так считается.
Так говорят.

Счастье пусто, слащаво, boring и всегда утомительно.
Счастье надоедает читателю.
Убийца любви.

<...>

Только вот зачем опускать слова, необходимые для полноты повествования, когда именно их-то и не хватало?
Зачем отказывать себе в этом удовольствии?

Её описания счастья не раздражают. И, если они не раздражают тебя в 35 лет, значит, автор-таки что-то понимает в этой жизни. )))

Ещё. Очень моё:

Она была... Вряд ли он смог бы это объяснить... как свет... Словно ему было достаточно просто знать, что она существует, пусть далеко от него, пусть отдельно от него, и это его утешало...

Разговор главного героя с дочерью-подростком:

- А ты любил её НАСТОЯЩЕЙ ЛЮБОВЬЮ? - спросила она наконец.
Медлил с ответом, подыскивая другое слово, более верное, более точное, не столь опасное, не столь обязывающее, и получил ту самую пощёчину, котоой двадцать лет ждал, чтобы прийти в себя, - услышал, как она с пониманием проворчала:

• Ну, конечно, какая же я дура.... Как же ещё можно любить?

Тонкая, эмоциональная, без излишних сантиментов, поэтичная, добрая и живая книга. Понравилась.