Подумать только: пять месяцев назад так же безумствовал и он! ... Казалось с тех пор прошло десятилетие. Тот безвозвратно исчезнувший человек был, в общем-то, добрый малый. Неглупый, воспитанный. Но жизнь его летела бездумно от развлечения к развлечению, не обремененная переживаниями. Нынешний Петр Ахлестышев совсем другой. Много испытавший, он теперь хорошо понимал цену и, главное, назначение жизни. И представлял, за кого или за что готов эту жизнь отдать...

хотели триста, а взяли свиста

Богу угождай, а чёрту не перечь!

Дома не сидится, а в гости не зовут!

Узы брака, освящённого венчанием, не перешагнёшь и не объедешь сбоку.

Будь хоть пёс, лишь бы яйца нёс!

Ложка узка, таскает по три куска! Надо её развести, чтоб таскала по шести!

От старых дураков молодым покоя нет.

— А вы не путайте государство с Отечеством. Идёт война, тут не до личных счётов. Страшный враг напал на нас и завтра будет в Москве. Прольётся много русской крови. Совесть вам ничего по этому поводу не подсказывает?

— Москва ещё не вся Россия. Вы хоть представляете себе, на что замахнулись? Мы, русские, по-настоящему ещё и не начинали воевать. Но сейчас начнём.

Маленький человек тешит себя мыслью, что участвует в больших делах...

Не наше дело попа учить, пусть его чёрт учит!

Гения нельзя победить, но можно перехитрить

Россия же страна рабов, где всех постоянно секут, начиная с детства. И вы привыкаете к боли.

– Красивая, Пётр Серафимович, – подтвердила баба. – Но важнее, что весёлая. Будто солнышко вокруг неё разливается. Мужики таких-то боле всего любят.

Встречные оборачивались на красивую дородную девку в обнимку с великаном: давно им в Москве не попадалось таких счастливых лиц…

-  Вишь, Марфа, как нас жизнь переворачивает… Свои губят, чужие спасают…

... Степанида пошла на Рогожу договариваться насчёт отпевания и могилы. С ней, будто бы для охраны, увязался староста нищих. Было заметно, что баба ему нравится. Не теряя времени даром, он начал подбивать клинья. Вдова держала себя строго, как подобает. По мелким деталям, однако, партизаны подмечали, что дела Саловарова не безнадёжны…

Около святых черти водятся

В одном кармане Иван Тощой, а в другом Марья Икотишна.